Но сейчас, когда мы остались тет-а-тет, все мои оборонительные сооружения словно волной снесло. Да, все это было совершенно неуместно, не ко времени и…

- Присаживайтесь, Надежда Васильевна, - коротко глянув на меня, Денис махнул рукой в сторону приставного стола и вытащил из-под груды бумаг голубую папку, в которой я узнала свой последний квартальный отчет.

- Послушай, - я села и покосилась на закрытую дверь, - может, не будем так официально? После того как целую ночь занимались сексом всеми возможными и невозможными способами? Ну ладно еще на людях, а так-то что?

Дура, что ты делаешь?! Ведь он одной фразой ясно обозначил: ничего не было! Зачем нарываться? Чтобы получить то, что потом будешь переваривать месяц, а то и больше?

- Надежда Васильевна… - его ледяной взгляд напоминал клубок колючей проволоки.

– Вы очень недвусмысленно и буквально дали мне понять, что переспать не повод для знакомства. Вам нужно было слить кому-то свои интимные горести – как случайному попутчику в поезде. Вы это сделали. И решили заполировать сексом с незнакомцем. Вишенкой на торте. Я пошел вам навстречу. Не без удовольствия. Почему бы не взять то, что само идет в руки? Но если б знал, что придется вместе работать, выставил бы за дверь сразу. Так что… наши с вами деловые, - он подчеркнул это слово, - отношения начались с нуля. Давайте вместе разберемся, почему показатели вашего отдела так заметно упали за последний месяц по сравнению с прошлым кварталом.

- Хорошо, Денис… Аркадьевич, я вас поняла.

Слезы стояли на поверхности, но бешенство, такое же холодное, как и его тон, не давали им пролиться. Будь оно благословенно! В том, что напомнила о той ночи, если подумать, ничего ужасного не было.

В конце концов, не одна я в поле кувыркалась. Но разреветься при нем – вот это вышло бы уже позорище.

Он просматривал цифры в отчете и распечатке моего файла, задавал вопросы – кстати, очень даже дельные, ни капли не глупые, - я отвечала, но фоном шли совсем другие мысли.

Все случившееся тогда замечательно вписывалось в то, что он сказал сейчас. Пошел навстречу, взял то, что упало в руки… Даже то, что остался со мной до утра. Ведь это я его попросила, сам он сначала хотел уйти. Все – кроме одного. Кроме букетика земляники на крыльце.

Той самой земляники с почти черными, разогретыми на солнце ягодами, вкус и запах которых я почувствовала так отчетливо, словно снова кидала их в рот, одну за другой.

- В общем, во-первых, сезонные колебания, летом всегда есть небольшой спад, - голос звучал на удивление ровно. – Во-вторых, я две недели была в отпуске… - чуть не сказала, «как вам известно». – Девушке, которая меня замещает, не очень хорошо удается справляться с отделом. Буду думать, кого оставить в следующий раз.

- Расскажите, как у вас строится работа.