Особенно если учитывать, что шкурной заинтересованности в ее бурном росте у Андрея не имелось: он получал фиксированную зарплату. Но специалистом не зря считался грамотным и компетентным, этого у него было не отнять. Именно это беспокоило меня больше всего, а вовсе не какие-то терки трех мужиков, заблудившихся в одной сосне.

За спиной пискнул компьютер: пришло сообщение по корпоративной почте. На экране мигал конвертик.

From: Денис Лактионов. To: Надежда Хромова.

У меня невольно дернулся глаз. Так совсем невротиком станешь.

«Утро доброе. Не появились еще данные отдела за июль? Хотелось бы взглянуть».

А чего я ждала? Любовного письма? Вот тут только порадоваться, что три дня впахивала, как лошадь. Обычно сводку за предыдущий месяц я заканчивала числу к третьему, а сегодня только первое – и она уже была почти готова. Оставалось дополнить вчерашними данными и свести все в файл.

«Через час пришлю».

Ближе к концу рабочего дня позвонила Лена, которая как была общей секретаршей двух директоров, так и осталась.

- Надежда Васильевна, к Денису Аркадьичу.

- Иду, - буркнула я."

"Вот правда, идти к нему через земляничную поляну с бутылкой «Апсны» было намного проще.

Аж подташнивать начало. А может, от очередного ведра кофе. Я зашла в туалет, выпила воды из-под крана, поправила волосы перед зеркалом.

Спокойно, Надя, спокойно. Держи себя в руках. Независимо от того, сгребет ли он тебя в охапку в страстном поцелуе или притворится, что увидел в четверг впервые. И, кстати, второе более вероятно, так что…

Славка стоял в предбаннике рядом с Лениным столом и просматривал какую-то бумагу. Повернулся, посмотрел на меня удивленно.

- Ты ко мне?

Я молча дернула подбородком в сторону его бывшего кабинета, где теперь сидел Денис.

- А-а-а… - Славка сочувственно вздохнул. – Ну… тогда корабь.

В каждых долговременных отношениях, хоть любовных, хоть дружеских, всегда складывается некая специфическая, почти шпионская лексика, непонятная посторонним. «Корабь» был из этого разряда и восходил к известному, хотя и не бесспорному афоризму: «Корабль не тонет, когда он в воде. Он тонет, когда вода в нем. Не так важно, что происходит вокруг нас. Важно то, что происходит внутри нас». Иными словами: не позволяй внешнему влиять на твое внутреннее.

Мы часто говорили так друг другу, хотя не всегда было возможно этому последовать.

Вдохнув поглубже, я постучала, открыла дверь и вошла.

=22

И на этом мое благоразумие закончилось.

Я стояла, прижавшись спиной к двери, и смотрела на него. В голове бушевал Rammstein.

«Ich Will…»

Я хочу…

Вспышкой в темноте – его взгляд снизу вверх. Губы на моей груди. Руки… ой, нет, об этом лучше не надо.

До сих пор мне как-то удавалось отгонять подобные мысли. Забивать голову работой или отвлекать себя физическим трудом.