Но, по крайней мере, не останется стыдной неловкости, когда хочется потрясти головой, прогоняя досадное воспоминание.

- Тогда… давайте выпьем за разрешение противоречий и за наше… незнакомство, - он снова взял стакан. – Чин-чин!

- Прозит!

Мы чокнулись, выпили, помолчали немного. Я пыталась понять, с каким выражением он на меня смотрит. Мужской интерес? Да, но только отчасти. Скорее, интерес исследователя, перед которым оказалась неведомая зверюшка.

- Я слышал, как вы пели, - взяв бутылку, он подлил мне вина. – Здорово. У вас красивый голос.

- Спасибо. А я видела, как вы утром… занимались...

- Я заметил.

Говорить было не о чем. Черт, стоило просто попросить прощения на крыльце и уйти. Что я здесь вообще делаю?!

- Послушайте… хотите, скажу, зачем вы пришли? – спросил он неожиданно. - На самом деле?

- Ну? – насторожилась я. Стало как-то… не по себе.

- Вам хочется выговориться. Вывернуться наизнанку. Да, как случайному попутчику. Именно поэтому и пришли с вином – чтобы развязало язык. Ведь это не так просто. И поэтому не захотели знакомиться. Имя – уже некая степень близости. Чем дальше от тебя человек, тем легче исповедаться.

Твою мать, самый умный, да?

- А может, мне просто захотелось выпить в компании? – хмыкнула я, сделав такой большой глоток, что чуть не захлебнулась. - Чтобы не одной?

- Судя по бутылкам в мусорном мешке, компания для этого вам не слишком нужна.

Меня залило кипящей лавой, и я уже открыла рот, чтобы приложить по полной, но не успела."

"- Извините, я не хотел сказать, что вы алкоголичка, - он примиряющее дотронулся до моей руки. - Во-первых, не похоже, во-вторых, вы не поперлись бы за двести километров, чтобы квасить в одиночку. Это и дома можно. Давайте начистоту. Красивая молодая женщина… кстати, сколько вам лет, если не секрет?

- Какой там секрет, - я поморщилась. - Тридцать два будет… скоро. А вам?

- Тридцать девять. Так вот, красивая молодая женщина, без материальных проблем…

- А это вы как определили? Что без материальных проблем?

- У вас сравнительно новый и хорошо ухоженный Тигуан. Да и вообще видно. Вы специально перебиваете, чтобы уйти в сторону? Почему бы просто не сказать: «Да, мне действительно нужен человек, которому можно выплакаться и который забудет обо всем услышанном через пару часов. Потому что ему на меня глубоко наплевать. Потому что мы даже не знакомы»? Если позволите, я закончу, - он с сомнением посмотрел на бутылку и все-таки плеснул себе еще на два пальца. – Вы приехали в глушь, чтобы провести время в полном одиночестве и подумать. Значит, произошло что-то серьезное. Требующее полного переосмысления жизни. Причем личное. О рабочем не тоскуют в лесу. И не поют романсы под бухло.

- Вы психолог? – я попыталась улыбнуться, но получилось криво.

- Я… как вам сказать? Профессиональный… начальник.