– А раньше и вешали, – подхватил живо молодой мужчина. – Болтается такой висельник на площади и воров на разум наставляет.

– Упираться вздумал, – начинал свирепеть пострадавший мужчина. Подогреваемый возмущенной толпой, он с размаху стукнул Тимоху кулаком в лицо. – Это тебе в науку будет, а сейчас, гаденыш, пойдешь со мной!.. Вырываться не советую, от меня не уйдешь! Я еще и не таким, как ты, шеи скручивал, – уцепился он в Тимофея обеими руками, – по таким, как ты, тюрьма от плача надрывается. Ничего-ничего, казенный дом тебя сполна от этого недуга излечит.

– Дяденька, да что же это вы?! – наконец смог выговорить Тимоша. – Не брал я ваших денег! Зачем они мне! Отпустите меня! Мне тот вор нарочно кошелек сунул.

– Все они так говорят, – внушительно высказалась пожилая грузная тетка. – На прошлой недели я бельишко свое повесила, ничего такого у меня и не было – штаны и трусишки, так все с веревок поснимали!

– В иные времена за это руки рубили! – не унимался молодой мужчина в кепке. – Украл раз – кисти нет, второй раз – долой руку по локоть, а там и будь добр головушку бестолковую подставляй. И помогало ведь! Да и как не поможет, если потом конечности на площадях прибивали.

– И сейчас бы это надобно! Тогда, глядишь, совсем воровать перестанут.

Тимоха сопротивлялся, упирался ногами, пытался цепляться за прохожих, кусался, но мужчина крепко держал его за рукава, за волосы.

– Ах ты, поганец! Ты еще кусаться будешь! – И он еще раз с силой стукнул Тимоху локтем в лицо.

Тимоха почувствовал, как что-то треснуло внутри, и кровь липким неприятным соком брызнула на ворот рубашки.

– Дяденька, отпусти, не брал я твоих денег, он мне их сам сунул, я даже не знаю, как это вышло. Христом богом тебя прошу, помилуй меня! Никого у меня более не осталось – ни тятеньки, ни матушки, ни братишек, ни сестренок, все от холеры померли!

Мужчина, не слушая причитаний пацана, выволок уже переставшего упираться Тимоху из толпы и потащил в милицию.

– На жалость, стервец, берешь, только это тебе не поможет! У меня у самого шестеро детей, а ты их хотел всех без куска хлеба оставить. Чем бы я их тогда кормил, гаденыш! Вот у меня в милиции свояк работает, так он тебя упечет куда надо. Там и будешь рассказывать сказки.

Через минуту базар загудел прежней размеренной жизнью, а его завсегдатаи мгновенно забыли о случившемся.

Милиция размещалась в подвале старого дома. Тут же была и временная тюрьма, где содержались десятка два воров, терпеливо и безропотно ожидавших нескорого суда. Милиционер втащил Тимоху в подвал и толкнул с лестницы. Подросток почти скатился по ступеням прямо под ноги высокому мужчине в выцветшем галифе.