Ты уже готов принимать гостей? Я подумал, что мы могли бы вкратце обсудить твое предложение, перед тем как я должен буду продвигаться дальше. Никакого давления. Я знаю, ты сейчас не очень заинтересован в больших союзах.

Покосившись на часы, Тони удивился, обнаружив, что уже почти шесть вечера. У него неплохо получается коротать дни.

- Ага, приезжай. Хочешь есть? У меня в холодильнике есть почти тридцать сандвичей с ветчиной и салатом.

- Нет, спасибо, я ел. Увидимся в пять.

Развернув изображение телевизора на весь экран, Тони переключил его на подходящий канал. Новости бизнеса.

Он вырубил звук, прежде чем смог отыскать информацию об акциях Старк Индастриз. Не хотел заработать расстройство желудка при виде процветающих от возобновления производства оружия акций.

Но если он продолжит свою мысль о продаже акций Обадае, то не это ли его будущее? Наблюдать, как компания все дальше и дальше разрастается за пределы его досягаемости? Довольный, что не будет предоставлять свои уникальные проектные умения и навыки к столу, а действия с их личной собственностью не затронут его совесть, но наследие… мог ли он все это отпустить?

Позволить семейному бизнесу уплыть, отмахнуться ото всей истории, ото всех обязанностей… и найти собственный путь? Конечно, он по-прежнему будет Тони Старком - миллиардером-изобретателем, узнаваемым по всему миру.

Но он будет самим собой. Никакого наследства пороха и урана, никаких призраков, дышащих в затылок, шепчущих о еще лучших успехах, еще лучшей войне, о еще больших смертях. Он мог бы позволить всему этому обратиться в пыль и быть самому по себе.

Но разве он не убегает таким образом? Он обвинял Локи в подобном. И теперь сам же уклоняется от своих ошибок, сбегает к более зеленой траве и легкому выходу.

Не это ли верх лицемерия?

Не растрать свою понапрасну.

Я возвращаю ее обратно.

Инсен, Локи. Слишком хорошие для него, слишком надеющиеся на его выборы. Слишком много веры в его раскрошившееся сердце.

Встревоженный, Тони чувствовал, как тяжесть его выбора неуютно тянет под ребрами. Он все еще размышлял о нем, когда Обадая позволил себе зайти в дом, крикнув вместо звонка приветствие.

- Утром я должен быть в Вашингтоне, поэтому просто хотел отметиться, прежде чем скажу что-нибудь неуместное, - объявил Обадая, ставя портфель на журнальный столик.

В его блеклых голубых глазах застыло веселье. - Пожалуйста, скажи мне, что ты пересмотрел свою глупую идею о продаже. Подготовка документов в одиночку вызывает у меня головную боль. Ты ведь еще не говорил Пеппер?

- По-твоему, я сумасшедший? - ответил Тони, слегка расслабляясь. - Я еще обдумываю его. Не хочу запустить очередной трюк, как та пресс-конференция, до тех пор, пока не настроюсь на то, чтобы впитать максимальные последствия.