– Что ты тут вынюхиваешь, а? – здоровяк приближается, кривит и без того страшную морду.

– Кто такая Маша? – нагло задаю ему свой вопрос, а обезьяна сначала немного удивляется, о чём свидетельствуют поползшие на лоб брови, а затем кривит губы в презрительной ухмылке.

– Тебе никогда не стать такой, как она. Тебя и тебе подобных выбрасывают на помойку после первого использования; ради таких, как ты, не воюют, – он явно доволен тем, что унизил меня. Хватает за предплечье и тащит по коридору, словно тряпку. – Пошла, сука тупая!

Я морщусь и стону от боли, пытаюсь вырваться, но Ваха лишь набирает скорость.

– Так это из-за женщины, да? Все эти их потасовки? И я страдаю из-за какой-то бабы?

– Плевать на тебя! Ты просто грязная подстилка! – скалится, потешаясь. – Иди давай, не беси меня, сука!

– Я не подстилка, ублюдки! Я не подстилка! – верещу, пиная его ногой в лодыжку. – Уроды гребаные! Пусти меня! – пока в пылу бьюсь в его захвате, не сразу соображаю, что пинок остался безнаказанным и пальцы Вахи на моём запястье ослабли. А сам он смотрит куда-то назад.

Я осторожно поворачиваю голову и встречаюсь с тёмным взглядом незнакомца. Он совсем близко, и теперь я улавливаю в нём ещё больше знакомых очертаний. Это точно отец Имрана.

Мужчина скользит по мне пристальным взглядом всего пару мгновений, а затем направляется к выходу мимо нас.

– Стойте! – кричу ему и чувствую, как тяжёлая лапа обезьяны Вахи сжимается на моём запястье стальным обручем.

– Заткнись, – шипит мне тихо, а я продолжаю, уже глядя на застывшего напротив мужчину:

– Помогите. Пожалуйста! Меня здесь удерживают против воли!

ГЛАВА 6

– Она шутит, – глупо скалится Ваха, оттаскивая меня с прохода к стене. Я же упираюсь изо всех сил, хотя их, конечно же, маловато, чтобы противостоять такому бугаю.

Мужчина осматривает меня с таким выражением лица, словно перед ним не человек, а букашка, не стоящая его драгоценного внимания, но посмевшая его потревожить своим назойливым жужжанием.

– Она похожа на ту девку… – произносит он, то ли обращаясь к Вахе, то ли просто думая вслух. – Как там её звали? Маша?

– Да, Маша, – слышу голос Имрана, вышедшего из своего логова и медленно, походкой огромной чёрной кошки приближающегося к нам. – Мою женщину звали Машей. Она была красивой, как и её копия, – тут его взгляд падает на меня, и я уже понимаю, что никто мне не поможет."

"– А ещё такой же наглой и невоспитанной, – закончил его папаша, и я окончательно поникла.

– Она будет наказана за то, что задержала тебя. Ваха, отведи Ирину в комнату.

Чего? Какую ещё Ирину? Этот придурок имя моё забыл? Или… Или назвал меня другим именем специально?

– Злата! Меня зовут Злата! – ору в лицо мужчине, пока Ваха грубо протаскивает меня мимо него.