Бой неплохо взбодрил его, избавив от мрачных ночных мыслей, но полностью сосредоточиться на нем Такеши не мог. За что и поплатился порезом.

— Еще раз, — велел он.

Солдаты бросились на него спустя короткое мгновение. Минамото приходилось отбиваться от них одновременно, используя обе руки — не самая легкая задача. Он перемещался без остановок, не позволяя себе даже секундных пауз, и вращал катаны столь быстро, что их движение было едва возможно уловить. Лезвия со свистом рассекали воздух, полированной гладью отражая редкие солнечные лучи.

Такеши умел биться красиво, если этого хотел. Сейчас в широких тренировочных штанах, безостановочно двигаясь, он напоминал вихрь — такой же стремительный и сметающий все на своем пути. Первым он достал Масато, ударив плашмя по спине, и тогда Кацуо остался с ним один на один.

Чтобы закончить бой, Такеши понадобилось несколько минут. Он застыл посреди площадки, опустив скрещенные лезвия, и ветер приятно холодил его разгоряченное тело. Он чувствовал быстрый ток крови и вкус схватки, и ладони приятно покалывало, стоило чуть сильнее сжать рукоять катаны.

Только в такие моменты он жил. Ощущал себя живым.

Окинув своих людей беглым взглядом и убедившись в отсутствии у них ран, Такеши кивнул в ответ на их поклоны и отпустил с площадки. Он умылся из бочонка с водой и только тогда повернулся к Яшамару. Когда-то он учил младшего из братьев Минамото воинскому искусству. Когда-то Такеши звал его сенсеем.

— Никто не покидал поместье с того дня, как вы вернулись, кроме крестьян, что привозят каждый день еду, — заговорил управляющий, когда Минамото подошел к нему. — И почти не было отправлено посланий. То, которое вы отдали лично мне, еще одно от лекаря — ему понадобились какие-то мази, и последнее… Последнее отправил Кацуо, господин. Никто не знает, кому."

"Такеши встретился с ним взглядом и скривил губы. Они пытались выявить предателя; того, кто оповестил их врагов о том, что свадебный обряд все же состоится. Того, кто подложил в еду Наоми рыбу Фугу.

Ее яд убивал мгновенно, и от него не существовало противоядия. Девчонку спасло то, что она съела лишь один кусочек. Второй стал бы для нее смертельным.

— Значит, — медленно произнес Такеши, — вести отправляли лекарь, Кацуо и ты.

По лицу Яшамару пробежала тень, но он ничего не сказал.

— А Фугу Наоми подавала твоя дочь.

Управляющий вздрогнул и опустил взгляд. Накануне господин допрашивал Мисаки больше часа и отпустил ее, лишь узнав все до последней детали и поминутно восстановив вчерашний вечер. Яшамару собрался сказать что-то в ответ, но Такеши не позволил ему, заставив замолчать коротким взмахом руки. Они не говорили вплоть до завтрака, на котором присутствовал также Масахиро — Минамото нужно было многое обсудить с ними.