Сомневаюсь, потому что мы сильно повздорили, но его взгляд, искрящийся ожиданием, подталкивает меня к ответному шагу. Подхожу к кровати, забираюсь сверху и нерешительно придвигаюсь поближе. Амато обнимает меня за плечи, тянет к себе, поглаживает пальцами щеку.

– Прости, если был резок.

Я не хочу возвращаться к разговору снова. Хочу закрыть эту тему, спрятав голову в песок, но дело в том, что Амато не позволит этого сделать. Он всегда со мной разговаривает, разрешает спор, чтобы между нами не было недопонимания. То, что мы приехали домой молча и разбрелись по комнатам, скорее исключение, чем правило. Ни я, ни Амато никогда прежде так не делали. Но это лишь потому, что он никогда не позволял мне носить в себе обиды. Впрочем, раньше их и не было. Покупка цветов, на которые у меня аллергия, никак не сравнится с попыткой запретить мне рассказывать отцу моей дочери о ее существовании. А именно это Амато сегодня пытался сделать. Ненавязчиво, но решительно. Мне не понравилось.

– Я не изменю своего решения, – ставлю Амато перед фактом.

Хочу, чтобы он понимал – ничего не изменится. Я все равно скажу Ярославу про Миру. Он должен знать, потому что он ее отец.

– Хорошо. Когда ты планируешь это сделать?

– Нужно было сегодня, но как-то не возникло подходящего момента.

– Подходящего момента, чтобы сказать мужчине о ребенке, которого ты скрывала столько времени, не будет.

– Думаешь?

– Уверен.

– Почему ты вдруг стал против?

– Мне никогда не нравилась эта идея, Лера. Ты почти ничего не рассказывала об отце Миры. Я узнал тебя раньше, чем о беременности, поэтому мужчина, от которого ты решила скрыть ребенка, для меня априори это заслужил. Сегодня я в этом убедился.

Больше Амато ничего не говорит, замолкает, а мне хочется, чтобы говорил дальше, чтобы объяснил, что такого увидел в Ярославе, что мы поссорились.

– Не объяснишь? – не выдерживаю.

– А что объяснять? – пожимает плечами. – Он жестокий, циничный, наверняка богатый или имеет связи здесь. Я прав? Если да – он может забрать Миру, Лера. И даже то, что по документам ее отец я – не помешает. Это лишь потянет время, но в конечном счете закон будет на его стороне.

– Ярослав никогда так не поступит. Он не станет отбирать у меня Миру.

– Будет делить с тобой время? А если мы захотим улететь – отпустит?

Амато смотрит на меня внимательно, кроме слов считывает эмоции, которые, конечно же, я не скрываю. Смотрю в ответ и думаю, что ответить. Я не знаю, понятия не имею, как Яр поступит, но в том, что не станет забирать у меня дочь, уверена.

– Мы ведь говорили о том, чтобы остаться здесь.

– Но мы не можем знать, что так будет всегда. Что, если через год-два появится необходимость уехать?

Я понимаю, что Амато размышляет о нашем будущем.