Она сидела рядом с кроватью и смотрела на него, нахмурившись и прикусив губу.

— Оль…

Его голос прозвучал, как писк полудохлой мыши. Оля встрепенулась: морщинки на лбу разгладились, но во взгляде промелькнула тревога.

— Рус, пить хочешь?

Он кивнул и заставил себя сесть. Оля подала бутылку с водой, и он осушил ее жадно, почти захлебываясь.

— Ты как? — спросила Оля.

Вместо ответа Руслан притянул ее к себе, стащив со стула, и крепко обнял. Непозволительное поведение для саба, ведь они все еще находились в клубе. Но Оля лишь шумно вздохнула и прильнула к нему доверчиво, как котенок.

— Точно в порядке? — уточнила она немного погодя.

— В полном, — заверил ее Руслан. — Спасибо, Олечка. Это было… волшебно.

— А я испугалась, — пожаловалась она. — Подумала, ты потерял сознание от боли. Но Эйра сказала, что это сабспейс."

"— М-м… — Он повалился на кровать, увлекая за собой Олю. — Мне жаль, что ты испугалась. Я долго спал?

Она сняла все веревки, и шарики он не ощущал, но нагота и близость почти обнаженной девушки вновь распалили желание.

— Часа два, — ответила Оля. — Есть хочешь? Поедем домой? Только на такси, за руль я тебя не пущу.

— Есть хочу, — признался он. — Но еще сильнее хочу тебя, моя госпожа.

— О, про госпожу вспомнил, — хихикнула Оля. — Определенно пришел в себя.

От ее улыбки Руслана окатила волна какой-то светлой радости. «Как ангел пролетел», — вспомнил он слова мамы. Ей понравится Оля.

— Ты позволишь? — Он провел ладонью по ее плечу, подцепил бретельку бюстгальтера, потянул ее вниз.

— Продолжай.

Воодушевленный полученным разрешением, Руслан быстро освободил груди и припал губами к круглому соску. Оля охнула и вцепилась пальцами одной руки в его волосы, а другой — в плечо.

Мягкую и нежную грудь приятно терзать языком, но еще приятнее слушать стоны и всхлипы и чувствовать, как острые ноготки впиваются в кожу. Оля остро реагировала на каждое прикосновение.

Дорожка поцелуев от шеи — вниз, к пупку. И еще ниже, по впалому животу, к лону.

Руслан подцепил резинку трусиков зубами, потянул, перехватил пальцами, срывая мешающую ткань. Оля призывно развела ноги, отбросив смущение. Он лизнул набухшие половые губы, надавил языком, нащупывая клитор, обхватил его губами и пососал. Оля дернулась и выгнулась дугой, поддала бедрами. Руслан жадно сосал и лизал, терся языком о вершинку клитора, дурея от запаха и вкуса. Только любимая женщина может быть такой сладкой, такой желанной.

— Рус… Руслан!

Кровь стучала в висках, поэтому он не сразу услышал Олю.

— М-м?

Растрепанная, с блестящими глазами и искусанными губами, она была не просто красива, а чертовски соблазнительна.