— Ты все?

— Еще кой-чего проверяю, погоди, — забормотал он, качнул каштановой шевелюрой и снова склонился над столом.

Я вздохнула. Это, похоже, надолго. А я надеялась еще и поработать сегодня.

Няня принесла от подруг кучу вещей. Что-то подштопать, что-то подшить, что-то оверложить. Ничего особенного, но я была ей безмерно благодарна: в моем положении любая копеечка ценна. Паспорт-то еще чуть ли не неделю ждать, а без него как на работу устроишься?

— Во дела, — озадаченно почесал затылок Гришка. Его лицо вытянулось от удивления. — Мила, ты точно не террористка? Ну, или богатая наследница на худой конец?

Я усмехнулась. Ага, в основном. Но смешок тут же сменился тревогой.

— Ты же не просто так спрашиваешь, да, Гриш?

Тот кивнул и тяжело вздохнул.

— Ничего странного не замечала? Батарея грелась и быстро садилась, к примеру? Или шумы посторонние при разговоре?

Я побледнела.

— Замечала... — еле слышно пролепетала в ответ.

И правда, иногда были какие-то шумы, но я лишь смеялась: мол, большой брат следит за всеми.

— Так и думал. Извини, Мил, — развел руками Гриша и окинул меня сочувствующе-обеспокоенным взглядом, — но твой муж — чокнутый ревнивец: он мало того, что следил, так еще и прослушивал. И уже давно. Я удалил все программы, но не советую давать ему в руки телефон.

Какое-то время я так и сидела на стуле в полном оцепенении. В горле — ком, а на глазах  — слезы. Разве устраивают глобальную слежку за теми, кого любят?

Домой ехала в прострации. Сидела в маршрутке и мрачно размышляла.

«Мой муж — псих. Гребаный псих. Но почему он выбрал именно меня? Без рода, без племени, без приданого...»

И вдруг меня словно током ударило, и по всему телу побежали колючие мурашки.

Может, в этом и дело — что я одна? За меня некому вступиться, мне негде спрятаться. Я в его полной власти.

И что лежало в основе заботы Олега: искренняя любовь или желание полностью подчинить?

Я отматывала пленку наших взаимоотношений назад и замечала то, что отказывалась видеть раньше: тотальный контроль. А ведь начиналось все вполне невинно.

— Мила, тебе не холодно?

— Пушинка, ты поела?

— Мила, шарф не забудь, там пронизывающий ветер.

Дальше — больше.

— Мила, я заберу тебя после пар, не хочу, чтобы ты в переполненном трамвае ехала.

— Любимая, а ты где сейчас? В кафе с подругами? А я как раз мимо еду. Можешь выйти? У меня для тебя сюрприз!

И многое, многое другое. Ему нужно было всегда знать, где я, с кем я, что делаю. Правда, подавал он это все под приторно сладким соусом. Мне раньше и в голову не приходило посмотреть на это с другой стороны: такие «проезды мимо» могли быть четко продуманы, чтобы проверить, не вру ли я, точно ли с девчонками.