Пожав плечами, Арфель прохладно заметила:

– Это не плохое, это – существующее.

– Соглашение, – задумчиво кивнул оборотень. – Мы умираем, чтобы демоны не прошли в Империю. А тебе жаль нескольких крох энергии?

И госпожа Льефф поняла, что промолчать не сможет. Что-то темное, злое, нетерпимое поднялось из глубины ее души.

– Мне жаль тех несчастных женщин, что втайне от мужей бегают ко мне за обезболивающими травами. Мне жаль тех, кто был использован походя, тех, кому их же супруги не простили ночи с оборотнем.

– О чем ты? – нахмурился оборотень, и Арфель невесело рассмеялась:

– В понимании мужчин, если его супругу принудили исполнить долг, значит, она сама виновата. Значит, она как-то особенно крутилась рядом с отрядом. Значит, сама захотела. А значит, она кто? Шл… Продажная женщина. Такую можно избивать, можно делать с ней что душеньке угодно, ведь она никуда не денется. Не вы ли, оборотни, продавили закон, не дающий женщине покинуть своего мужа?

Илуор смотрел на нее молча, не мигая. Его янтарно-желтые глаза будто что-то искали, искали и не находили.

– Ты не лжешь, – медленно произнес оборотень. – Но ты заблуждаешься.

– Конечно, – горько усмехнулась Арфель. – Конечно.

– Почему ты не замужем? – неожиданно спросил оборотень. – Тебе не меньше двадцати, верно?

– Потому что я не готова делить постель и с мужем, и со случайным оборотнем, – жестко произнесла Арфель. – Я не готова прятать синяки, как леди Агерт. Я не готова терпеть насилие, как госпожа Сандер. Я не хочу обслуживать в постели дружков озверевшего мужа, как уже покойная госпожа Тиннер. Я хочу покинуть вас, милорд нид Энтан.

– Иди, – коротко произнес он.

Она резко развернулась и чеканным шагом направилась к выходу с торговой площади. Она не заметила, что за ней последовал невысокий худой парень. Ох, Арфель была в такой ярости, что не заметила бы и огромного волка, не то что обычного человека!

Но уже у самого своего дома ей пришлось заметить его – преследователь преградил ей путь.

– И сколько ты берешь за ночь, сладенькая? – грязно ухмыльнулся Трент-младший.

– Я не продаю себя, – жестко произнесла Арфель. – Пойди прочь, или я пожалуюсь на тебя в магистрат.

– И чем же это я хуже оборотня? – развязно спросил он. – Уж поверь, тебе понравится. Будешь повизгивать и просить добавки.

Внезапно он резко изменился в лице, побелел и бросился бежать. Арфель только оторопело посмотрела ему вслед. Затем резко обернулась и сложила на груди руки:

– Оборотни не слышат вежливых просьб?

– Я всего лишь хотел убедиться, что ты дойдешь до дома, – раздраженно ответил Илуор. – Кто это?

– Старший сын господина Трента, – скривилась Арфель. – Редкая жестокая бестолочь. Ни к чему не приспособлен, кроме вина и девок. Сватался ко мне.