Тошнота стала вязкой и приглушённой. Я поймала себя на мысли, что скучаю по дому, где «плохой день» измерялся в упавших на пол вещах или ссорах, а не покушениях. Не знаю, как справиться со всем этим. Может и правда стоит родить ребёнка и домой?

Мы свернули к поместью, но Ливай остановил лошадей, сел рядом и обнял меня.

— Диана, — он приподнял меня за подбородок, вглядываясь в глаза. — Послушай меня, поверь мне. Я сделаю. Всё. Для тебя. Понимаешь? Всё. Сам погибну, но не дам навредить тебе.

— Не говори так! — я отвела взгляд. — И вообще, мы спешим, Одуванчику нужна помощь.

— Знаю.

Но и тебе тоже, — Ливай обнял крепче. — Я всё сделаю. А ты иди и передохни в спальне. Успокойся. Попроси набрать тебе ванну, всё, что в голову придёт. Я помогу Одуванчику и приду, хорошо?

Я кивнула. Да, надо идти. Умыться хотя бы. Сделать что-то с тошнотой… Вопреки этим правильным мыслям я прижалась к груди мужа крепче.

Божечки. Он ходил с тростью, но это не помешало убивать и самому добежать до дома. Могу понять, почему ему дали прозвище. Человек на такое неспособен.

Когда меня обнимали его руки, я была готова поверить во что угодно. Даже в то, что мы и правда справимся со всем этим.

— Никому пока не говори, о нападении, — он мягко коснулся моего виска губами, а после отстранился и спрыгнул на землю.

К нам подбежали слуги, и Ливай уже привычно резкими командами раздал приказы. Одуванчик плакал и будто звал на помощь, когда его вынудили разворачиваться и слезать на землю.

Я смазала мокрую дорожку со щеки и пошла в дом, крепко сжимая маленькую книжечку в руках. Не знаю, что в ней, детские каракули, таблица должников или ответы хоть на один из наших вопросов. Хорошо бы последнее.

Глава 30

Плохо помню, как дошла до комнаты.

Состояние было очень странным. Зря я подошла к тому гвардейцу, но мне пора перестать изображать неженку.

Не выпуская книжечку из рук, я подошла к гардеробной и выбрала платье переодеться. Пока возилась, в комнату ворвались служанки с твёрдым намерением приготовить мне ванну. Видимо, Ливай распорядился.

В этом мире могут убить, но зато всю бытовуху делает кто-то другой. В принципе привыкнуть можно, но я хочу это и жить нормально. И другие чтобы жили. В конце концов, здесь много детей, оставшихся без мамы."

"Ванна — отличная идея.

Масла и пушистая пена мигом победили тошноту и прилипший к нёбу запах крови и смерти. В горячей воде очень многие проблемы кажутся пустяком. Отпустив служанок, я скинула грязное платье, легла в пену и прикрыла глаза. Добытую книжку положила на полочку, где стояли разные баночки и флаконы. Не хотела выпускать из виду, но заглядывать пока боялась. Лучше вместе с Ливаем.

Кажется, я задремала. Потому что, когда открыла глаза, вода показалась ощутимо прохладнее. В комнате кто-то ходил, и я невольно напряглась.