Начинаю чувствовать себя по-настоящему важной.

— Ты не на войне, — я улыбнулась. — Пусть мы поженились случайно, но, мне кажется, это самая правильная случайность.

— Нашу женитьбу я случайностью не считаю. Так должно было быть. Другое дело, что ждёт нас дальше? Решения принимаешь ты, — Ливай опустил глаза. — Я посмел тешить себя… — он запнулся и медленно договорил, — надеждой, что жертвы, на которые ты пошла, осталась, кода я был жалким и бесполезным, значат привязанность. Я сделаю всё, чтобы развить, оправдать и укрепить её, — он подошёл и положил ладонь на спинку кресла.

Сердце застучало быстрее. Снова отругала себя за неопрятность и что не выгляжу сейчас как дива с обложки глянцевых журналов. Ещё бы зелёное платье нацепила для пущего эффекта.

Как много мыслей пронеслось за секунду, пока я вскакивала с табурета, чтобы оказаться перед ним.

— Просто должен или… хочешь? — не могла не уточнить я.

— Редкий случай, когда всё едино, — он усмехается. Так близко, что я кожей чувствую движение его губ. — Или ты передумала, о, жена моя? — соблазнительный излом тёмной брови, рассечённой шрамом.

Раньше, чем я придумала ответ, его ладонь легла на спину и притянула ближе. Это что-то новенькое, но не узнать Ливая я не могла. Кажущиеся грубыми движения волновали, отчасти потому, что он сдерживал силу. Был нежным, но не позволял забыть, насколько опасен может быть."

"Губы накрыл требовательный поцелуй. Ливай притянул меня ближе, положив на шею горячую ладонь. Комната поплыла. Я сжала рубашку на его спине, не в силах, да и не желая, если честно, сопротивляться. Всё то, что я пыталась сформулировать для себя последние дни, вспыхнуло как тополиный пух.

Не знаю почему, но я не узнавала, а словно вспоминала его. Вкус губ, приятный древесный запах, тёплые пальцы, путающиеся в волосах. Мы вместе так мало, но я столько о нём знаю и чувствую, что готова сгореть в этих руках.

Война за меня? Он победил.

Спустя мучительно мало времени, Ливай отступил. Глаза непривычно тёмные, кажется удивлённым. Генерал незаметно облизнул губы и лукаво улыбнулся:

— Этого не хватит, чтобы искупить долг, я ведь прав?

— Не хватит, — согласилась я.

— Как насчёт продолжения вечером? Чтоб я сделал все тревожащие тебя дела, и ты расслабилась по-настоящему.

Хотела напомнить, что он едва стоит, но прикусила язык. Опять колючки выставит и заявит, что он мужик и всё решает. К себе Ливай относится строже, чем ко всем остальным.

— Многообещающее заявление, генерал, — божечки, это то, о чём я подумала, да? — И спасибо за помощь. Некоторые дела вроде приведения волос в порядок и концерта я оставлю себе.

— Как скажешь, — он кивнул и помрачнел. — Я пойду в госпиталь. Утром доложили, Зак в коме. Как я, Феран и Людвиг.