Комнату наполнили белые вспышки. Ливай и Феран не обратили на них внимания, снова скрестив мечи, а Алана зашипела как-то не по-человечьи и стала отступать.

— Прекрати это, — Армандо снял с пояса книгу и листал страницы, подходя к Алане. — Немедленно отпусти стража.

— Я не держу его, — рассмеялась та, а после взглянула на Армандо. — Твой свет заберу первым. От кого хочешь принять удар, от Ферана или маленького волчонка?

Она кивнула на Йоргеса, и тот сразу ощетинился, будто и правда зверёк. Мальчик вышел вперёд, заслоняя меня:

— Вали отсюда! Не посмотрю, что ты беременная и…

Алана расхохоталась, запрокинув голову.

— Какой грозный. Вот только телу я могу придать любую форму. — Она развела руки в стороны. — Готовьтесь идти домой!

Её вены почернели, то же случилось с белками глаз. По щекам потекли чёрные слёзы, которые начали «дымиться». Сразу вспомнилась та жижа, которую вкачивали в Ливая и других стражей. Девушка рванула ткань, распахивая платье на животе и я увидела не кожу, а будто пузырь, наполненный чернилами. Божечки!

— Не надейся! — крикнул Армандо и затараторил что-то труднопроизносимое, зачитывая одну из страниц своей книги.

Звон клинков заставил меня отвлечься. Ливай и Феран танцевали среди водопадов и фруктовых деревьев, разменивая удары. И не разбирающемуся было видно, что навыки их схожи. Алана выбрала правильного стража, чтобы задурить голову. Нужно радоваться, что это не Ливай.

Тьма наполняла комнату туманом. Армандо создал что-то вроде светлячков, которые отважно бросались на Алану, но чем дольше она «плакала» тем сложнее им приходилось. Служитель всё читал и читал и тогда Алана, презрительно фыркнув, тряхнула руками.

На её запястьях появились порезы. Чёрная густая кровь брызнула на пол. Армандо начал листать страницы, но было ясно, что мы просчитались, взяв с собой всего одного служителя. Свет Армандо стал тускнеть и вскоре из равномерно белого сжимался в точки. Я видела, что Ливай побежал к нам, но на его пути возник Феран. Генералу снова пришлось отражать быстрые выпады и удары."

"Лязгающая песня металла звенела в ушах. А ведь это что-то совершенно противоположное музыке. Я умею играть разные мелодии. Одни для веселья, другие — способ пережить грусть, признаться в чувствах, скучать, злиться, обижаться, любить. Не представляю, как можно подарить радость, пытаясь убить.

Феран по животному рыкнул и с неестественной скоростью бросился на Ливая. Его силуэт растягивался как на фото с долгой выдержкой. Ливай успел среагировать. Сблокировал удар мечом и замер. Я понимала, что он мог уклоняться, двигаться, но почему-то стоял. Мой муж не делал и шага, продолжая отгораживать нас от опасности.