Потом сосредоточился, напрягся, несколько раз произнес шепотом: «Агальфагула, агальфагула, агальфагула», убедился, что вполне способен совершить и это чудо, снабдил свои легкие хорошей порцией воздуха и истошно завопил:

– Я рад, что мне удалось осчастливить ваш дом своим присутствием, господин агальфагула!

– Сразу видно царственную особу, – одобрительно заметил сэр Кофа. – «Осчастливить своим присутствием» – это надо же! До такой формулировки даже я не додумался бы.

– Мой дом был готов смиренно рухнуть, когда принял под свою крышу таких могущественных людей.

И только милость небесного свода, изначально благосклонного к моим просьбам, позволила ему устоять! – хорошо поставленным баритоном заорал хозяин дома.

Его речь показалась мне необыкновенно отчетливой. Неудивительно. Как я понимаю, господин агальфагула с детства обучался искусству экстремальной светской беседы. А мы – так, погулять вышли.

– Выразить не могу, как нас радует благосклонность небесного свода к вашим просьбам! – сэр Кофа кричал так, что у меня барабанные перепонки заболели. – Мне и моему спутнику было бы очень жаль, если бы ваш прекрасный дворец действительно рухнул в самом начале нашего визита!

– Но он может рухнуть, не устояв под тяжким грузом моей неописуемой скорби, если вы не соизволите отведать моего меда, – сообщил господин Кумкур Шимукурумхи.

Все-таки я запомнил его грешное имечко. Вот уж не ожидал, что это возможно.

– Я бы, пожалуй, действительно отведал его меда, – тихо сказал я Кофе. – Вот только не понимаю, а где, собственно говоря, еда?

– Как – где? В бассейне, конечно.

Только теперь я заметил, что на воде дрейфуют многочисленные изящные плотики, уставленные посудой.

Вокруг, спокойные и бесшумные, как акулы, плавали слуги, увешанные драгоценностями, но не обремененные излишком одежды. На их головные повязки пошло куда больше ткани, чем на набедренные.

– Видишь, их головы укутаны тканью разного цвета, – объяснил Кофа. – Если ты хочешь отведать какое-нибудь из блюд, достаточно определить, какого цвета головной убор у парня, ошивающегося поблизости, и крикнуть: «Красный» или «Коричневый». Все очень просто.

– Как, интересно, я могу разобраться с блюдами, если я ничего отсюда не вижу? – возмутился я.

"

"– Неужели не видишь? – удивился Кофа. – Если бы я знал, что у тебя такие плохие глаза, давным-давно заставил бы купить очки. А еще лучше – посетить знахаря. Ладно, могу дать тебе хороший совет: зови желтого. Этот тип описывает круги возле блюда со знаменитыми куманскими кушшами. Во-первых, они не сладкие – догадываюсь, что от сладкого ты устал еще на таможне – а во-вторых, это то самое блюдо, которое ты в свое время не стал заказывать у ворчуна Мохи. Впрочем, тебе даже повезло.