А ведь хоть одна из них должна быть правдой, – вздохнул Анчифа. – Драться ты, по твоему собственному признанию, не очень-то умеешь, зато убивать – пожалуйста. Нет ничего опаснее, чем иметь дело с парнем вроде тебя.

– Ничего, я буду держать себя в руках, – усмехнулся я. – Никаких зверских убийств, как-нибудь потерплю. Не переживай, сэр капитан, я собираюсь скромно постоять в сторонке и подождать, чем все закончится. Торжественно обещаю не выпендриваться без крайней нужды. Все лучше, чем лежать в каюте.

– Ладно, – немного поколебавшись, решил Анчифа. – Впрочем, я надеюсь, что никакой драки вообще не будет.

Хвала Магистрам, в этом Мире не так уж много простофиль, которые не знают, кому принадлежит «Фило». И они в курсе, что сэр Анчифа Мелифаро работает не ради удовольствия госпожи смерти, а только ради своих бездонных карманов. Да я и забираю-то не больше половины их драгоценного барахла. Как правило, гораздо меньше. Так что господа купцы обычно сразу понимают, что дешевле будет сдаться без боя.

– Кстати, а почему ты вообще стал пиратом, сэр Анчифа? – поинтересовался я. – Если бы просто путешественником, я бы и спрашивать не стал, это же у вас семейное.

– В том-то и дело, – рассмеялся Анчифа. – В свое время меня угораздило составить компанию Манге в его кругосветном путешествии. Я был молод, только-только собрался поступать в Королевскую Высокую Школу, и вдруг папа заявляет, что не отказался бы от лишнего помощника. Ясное дело, я решил, что Высокая Школа может еще несколько лет простоять без меня, а такой шанс выпадает только один раз за тысячу жизней. И я отправился с отцом. Первые несколько лет все было замечательно.

Но в один прекрасный день – думаю, в жизни каждого человека рано или поздно случается этот грешный прекрасный день, который переворачивает все с головы на задницу! – Манга ненадолго оставил меня без присмотра, и я тут же угодил в плен к укумбийским пиратам. Вообще это, конечно, отдельная история…

Анчифа задумчиво улыбнулся каким-то своим воспоминаниям и наконец продолжил:

– Для начала ребята немного поморили меня голодом в трюме, но потом вдруг решили, что я еще достаточно молод, а посему из меня может выйти толк. Извлекли из трюма, накормили, приручили – к этому моменту я уже был такой покладистый, дальше некуда! – и принялись обучать основам своего национального мастерства.

У них это называется морская охота. Целая наука, не хуже нашей хваленой угуландской магии. И я, как на грех, оказался способным учеником. Настолько способным, что через дюжину лет разделался со своим наставником и завладел его шиккой, этим самым стариком «Фило». Только тогда он носил другое имя, которое я до сих пор предпочитаю не произносить вслух.