Вымыли котлы и почистили инструменты. Разложили всё по местам и гуськом вышли из кабинета.

Девушки из группы Крейна стайкой умчались по своим делам, а мы понуро шли в свою библиотеку.

Первым не выдержал Берг.

— Ну ты выдал, приятель, перца! Зачем было так нарываться? Ты выпендриться перед ним хотел или что?

— Или что, — неожиданно хохотнул Тай, и мы все с удивлением уставились на него.

Он весело посмотрел на нас и поднял руки:

— Это единственное зелье, которое я умею готовить.

Глядя на наши вытянувшиеся лица, он расхохотался во всё горло.

— Что? — сквозь смех спросил он. — Ореол безупречности померк?

Я смотрела на него в изумлении, неприлично открыв рот. Но смех Тая был настолько заразителен, что я не выдержала и засмеялась. Следом захохотали остальные, а Берг хлопнул его по плечу и восхищённо воскликнул:

— Ну ты жук!

— Надеюсь, не навозник, — ответил ему Тай, и все снова захохотали.

27

Последующие дни проходили более или менее спокойно. Утром тренировка с куратором. Потом занятия. И очень много самостоятельной работы.

Когда тётушка рассказывала, каким образом здесь строится обучение, я улыбалась и думала, что она преувеличивает. Теперь поняла, что она, наоборот, преуменьшала.

Лекций не было вообще. Перед нами ставилась задача, и мы должны были предложить вариант решения. Каждый день мы встречались с одним из магистров, и именно этому предмету посвящался весь день.

— Вы не должны знать всё, — постоянно повторяла нам магистр Шарм, — но понимать, о чём идёт речь и иметь представление, где можно найти ответ, вы обязаны.

Учиться в таком режиме было сложно. Никто не стоял над душой. Полная свобода. С одной стороны. И колоссальная внутренняя ответственность перед магистрами, с другой стороны. Креди́т доверия хотелось оправдать и не ударить в грязь лицом.

Поэтому ежедневно с утра и до поздней ночи мы корпели над учебниками. Лазили по библиотекам в поисках нужной информации и до хрипоты спорили друг с другом, отстаивая собственное мнение.

Мы успели подружиться с артефакторами. Заключить нейтралитет с зельеварами. И подраться с группой боевого магистра.

За драку влетело всем. Ни Кинг, ни Шарм не стали разбираться, кто был зачинщиком, а просто отправили всех на кухню чистить земляные корнеплоды. Работа монотонная и заняты только руки. А так как мы все находились в одном зале, то опять подрались. На этот раз только словесно.

— Представляешь, Чуи, — рассказывала вечером белке, — они прицепились к нам с Бергом.

Я так устала, что сидела на кровати и не могла пошевелиться. Больше всего на свете мне хотелось сейчас просто рухнуть в постель и закрыть глаза. Но надо было сделать усилие: встать, раздеться, умыться и приготовить одежду на завтра.