— Каждый год на балу эта чаша становится центром внимания, — проговорил он, глядя на чашу, — собирает вокруг себя романтиков, готовых доверить ей свои самые заветные желания.

Он задумчиво улыбнулся.

— Я всегда думал, что это глупо.

— А сейчас? — спросила я осторожно.

— А сейчас я думаю, что это будет красиво, — уверенно ответил Александр.

Отпустив меня на несколько мгновений, он взял один из свитков, склонился над столом и что-то быстро написал. Потом повернулся ко мне и снова взял за руку.

— Отец создал эту чашу в тот год, когда я появился на свет, — сказал он.

Мы вместе подошли ещё ближе, и я увидела, как внутри чаши заклубился серебристый туман.

— По его словам, он был настолько счастлив в тот момент, что хотел поделиться радостью с каждым, — задумчиво проговорил Александр, глядя в глубину тумана, — в тот год он уже был ректором Академии и впервые установил эту чашу на Зимнем балу."

"Затаив дыхание, я слушала его рассказ и уже двумя руками сжимала его ладонь. Мне захотелось прижаться к нему плотнее, что я и сделала. Сердце сильно стучало. Неясное чувство охватило меня. Как будто сейчас произойдёт что-то совершенно необычное и я заволновалась. Предвкушение.

— С тех пор адепты Академии на Зимнем балу записывают свои самые сокровенные желания и отправляют их в чашу.

— И они сбываются? — тихо спросила я.

Александр пожал плечами.

— Всё зависит от собственной уверенности и того, сколько сил ты готов приложить. Отец всегда говорил, что чётко сформулированное желание — ключ к тому, чтобы оно исполнилось.

Александр размахнулся и уверенным движением отправил свой свиток в таинственную чашу. Но затем неожиданно добавил:

— Но я отправляю свой свиток не поэтому. Смотри!

Я замерла, заворожённая зрелищем: брошенный Александром свиток, погрузившись в серебристый туман, начал мерцать множеством огней. Внезапно он рассы́пался на тысячи крошечных искр. Они взмыли вверх, расцвечивая ночное небо. Золотистые спирали переплетались с серебряными звёздами, создавая в воздухе причудливые узоры, похожие на танцующих бабочек.

Это произошло так неожиданно, что я вздрогнула и сразу же тихо рассмеялась. Александр обнял меня. Прижал к себе и поцеловал в висок.

— Красиво, — прошептала я, запрокинув голову и всматриваясь в магический танец.

И в этот момент я поняла, что фигуры, которые рисуют в воздухе искорки, в точности повторяют тот самый весенний танец драконов. Тот самый, которым я любовалась, когда впервые столкнулась с Александром Нордом.

С удивлением и восторгом я посмотрела на него и по его глазам поняла, что он внимательно следил за мной.

— Этот танец… — начала говорить я, но Александр быстро приложил к моим губам палец.

— Я хочу спросить у тебя, Клео Литори, нечто важное, — сказал он.