Доводит меня до пика и сразу же ослабляет напор. С каждым разом эти пытки мучительнее и мучительнее.

А потом… Когда мне кажется, что я навсегда лишилась рассудка и всех человеческих качеств, Даня присасывается к моему воспаленному клитору, создавая такой затяжной вакуум, что меня, наконец, выбрасывает за черту и разрывает там на частички.

Даже горланить от блаженства сил не остается. Я лишь протяжно мычу и заливаюсь горячими слезами. Продолжая гореть, беспорядочно дрожу. И плевать мне в тот миг, куда Даня пристраивает свой член. Плевать, если трахнуть решился. Плевать, куда именно. Все бы позволила. Все.

– Блядь… Блядь… – шепчет он отрывисто, толкаясь мокрыми пальцами мне в анус. – Сука, жалко тебя… Такая ты узкая, пиздец… Жалко, Чаруша…

Полноценно не воспринимаю эту информацию. Я все еще лечу. Улавливаю лишь интонации и то, насколько суровый бой он с собой ведет. Трогает и трогает там, скользит внутрь, растягивает и одновременно елозит членом по киске.

В очередной раз разражается матами и отрывается.

Освобождает от оков. Стаскивает меня на пол. Сам во весь рост выпрямляется. Плыву пьяным взглядом по его крепкому мускулистому телу. Хмелею пуще прежнего. Слепо улыбаюсь.

– Подрочи хоть, – рычит на пределе.

Сам свой член стискивает, все вены на нем выпирают. Кажется, что готов взорваться от напряжения. Головка краснее обычного. На кончике, будто роса, мутная капелька жидкости повисла.

Слизнуть бы языком… Хочется.

А вдруг не понравится? Страшно.

– Красивый… – зачем-то шепчу, перехватывая толстый ствол своими дрожащими руками.

Честно пытаюсь помочь. Как в прошлый раз в душе, передергиваю. Но движения получаются вялыми, сил на него не осталось.

– Стой… Блядь… – отбирает у меня Даня член. – Просто замри. Я сам.

Облизывая губы, киваю. Пекут после его поцелуев. И мгновенно сохнут. Невыносимо.

– Ох, блядь… Блядь, Маринка… Сожми сиськи ладонями…

Просит – делаю. Собираю с боков к центру и снова на его члене взглядом замираю. Движения Дани становятся быстрее и отрывистее. Настолько, что у меня перед глазами рябить начинает. Со вздохом вскидываю взгляд вверх и сталкиваюсь с его пристальным одержимым вниманием.

– Открой рот, Чаруша…

Сглатываю собравшуюся во рту слюну и распахиваю.

– Язык наружу, маленькая…

Растерянно показываю самый кончик.

Тогда Даня, как педиатр на осмотре, свой вываливает.

– А-а-а… – демонстрирует размах.

– А-а-а… – серьезно повторяю я.

– Блядь… Охуенно, Марин… Охуенно… Сосни разок, м?

Мотаю головой, не пряча язык.

– Разок, Марин… Пожалуйста, кис…

Черт… Черт… Что делать?

Боже…

Выставляя указательный палец, робко соглашаюсь строго на один раз.

– Да… – выдыхает Даня счастливо. Подается вперед, заталкивает в мой рот член и замирает.