Черт, да ты завтра надолго свалишь отсюда!

– Мгм, – соглашаюсь с адекватным аргументом. Но, как только пытаюсь внять словам подруги и начать дышать полной грудью, паника накатывает новой волной. – А что, если я расплачусь?

– Да плачь на здоровье, у тебя водостойкий макияж.

– Да насрать мне на макияж! – истерично выкрикиваю. – Они же все увидят, что я слабая!

– Ася, все невесты плачут на свадьбах, никого этим не удивишь. Да что там? Даже женихи иногда плачут.

Я бросаю взгляд на окно. Может, еще не поздно? Но Тами не даст мне этого сделать.

Думай, Ася, думай. Это твой последний шанс, через десять минут начинается церемония. А как сбежать через это окно, я знаю досконально, потому что во времена своей школьной юности частенько пользовалась этим выходом, когда родители запрещали мне идти гулять. Сейчас самое время.

Впиваюсь в подругу глазами.

– Хочу кислый сок. Меня подташнивает.

– Апельсиновый?

– Грейпфрутовый. Спроси у экономки, он точно должен быть, папа его любит.

– Сейчас принесу. Ты только не натвори глупостей, Ась. Ладно? – Я киваю. – И дыши.

– Дышу.

– Дыши, да.

Сжав еще раз мои пальцы, Тами выходит из комнаты. Не теряя ни секунды, распахиваю окно. Влезаю на подоконник и уже перекидываю ноги на улицу, как застываю, столкнувшись взглядом с Иваном. Он стоит под окном и глубоко затягивается сигаретой, глядя на меня со своим фирменным прищуром.

– Далеко собралась? – спрашивает он.

– Эм-м-м, воздухом подышать. Дай покурить, – тяну к нему дрожащие пальцы.

– Голова будет кружиться.

– Дай, – настаиваю, и Ваня вкладывает мне между пальцами сигарету.

Делаю затяжку и выдыхаю горький дым. Мерзкая гадость, но, несмотря на легкое головокружение, сигарета меня немного отрезвляет.

– Так куда собралась?

– А что ты делаешь под моим окном?

– Ася…

– Сказала же: подышать! – резче, чем требует ситуация, отвечаю я.

– Передумала?

– Если бы я передумала, ты бы меня не увидел.

– Я здесь уже минут десять.

– Зачем?

– Потому что слишком хорошо тебя знаю, – слегка пожав плечом, отвечает Ваня. – Ты любишь внимание, но не в слишком волнительные для тебя моменты. Ты не любишь показывать свою уязвимость и избегаешь публичности во всем, что касается твоей личной жизни. Сложив два плюс два, я понял, что ты намылишься бежать, и не ошибся.

– Ванечка, – опустив плечи, молю я, – давай тихонечко распишемся и свалим по-английски.

– Тихонечко уже не получится, Заноза.

– Почему мы не сделали это где-нибудь на островах? – передавая ему окурок, спрашиваю я.

Отбросив докуренную сигарету, Ваня протягивает ко мне руки, побуждая меня прыгнуть к нему, что я и делаю без единого сомнения. Знаю, что поймает и удержит.