Я слышу громкое: «Эмма Валентиновна, а давайте я вас с молодой Салмановой познакомлю…».

Без объяснений понимаю, что женщина с белоснежными волосами и доброжелательным полноватым лицом – его жена. Она выдает удивленное «о-о-о» и быстро подходит к нам. Оглядывает меня с интересом. Тянется, чтобы обнять…

У меня уже голова кружится от количества таких разных людей и их эмоций. Злюсь на Наума, который отодрал меня от стены. Волнуюсь из-за возможных причин перепалки между Айдаром и его начальником. Но воле неизвестной мне Эммы не противлюсь. К моей щеке прижимается щека чужой женщины.

Руки смыкаются за спиной. В ноздри врезается дорогой запах. Я стараюсь не считать в голове, сколько стоят ее украшения. Это не нужно, Айка… Это не нужно…

– Вы – красавица… – Комплимент на ухо звучит искренне, и вот в ответ на него я по-настоящему смущаюсь. – Правда а как иначе? Айдар всегда ценил эстетику…

Женщина отпускает меня и улыбается уже мужу, он в ответ благодарно кивает.

– Поэтому я всегда быв в восторге от вас и вашего дома, Эмма Валентиновна.

Я вполне допускаю, что это грубая лесть, но звучит так натурально, что даже мне становится приятно, что уж говорить об адресате?

Эмма Валентиновна расцветает розой.

Это замечают все в нашем небольшом кругу.

– Почему я от вас такого не слышу, Виктор Семенович? – женщина оглядывается и обвинительно спрашивает у собственного мужа. Я делаю вывод, что обращаться друг к другу по имени отчеству – это такой флирт. Звучит довольно мило. Так же мило мужчина закатывает глаза.

– Всё понятно, Салманов… Приехал, чтобы снова испортить мне репутацию перед женой… Я думал сплавлю тебя – будет полегче. И нихера! Минута разговора – мне уже претензии!!! – Виктор Семенович досадливо бьет тыльной стороной руки по ладони с громким шлепком.

Первой смеяться начинает Эмма, за ней – «обвиняемый» муж и Наум. Я улыбаюсь. Сильнее – когда вижу, что Айдар опускает голову, качает ею, расслабляя губы.

Мне кажется, это важный момент. Все всех простили за перепалку. Выдыхаю и с силой жмусь к боку Салманова.

Разговор сворачивает в новое русло. Становится дружелюбным и частично бессмысленным. Иногда у меня что-то спрашивают, я отвечаю, подбирая каждое слово. Для меня эти люди – незнакомцы.

И Айдар не говорил мне, что с ними нужно вести себя как-то особенно, но я стараюсь быть достойной.

Когда мужчины окончательно уходят в непонятные мне дебри, выключаюсь. Уже хочу домой, но ныть не стану. Возвращаться под стенку тоже глупо. Поэтому остаюсь прилипшей к Айдару.

Слежу за беседой условно, не улавливаю половины смыслом и не запоминая половины приходящих/уходящих людей. Стабильными единицами остаемся только мы с Айдаром и Виктор Семенович.

Наум время от времени подходит и отходит.