– Я предполагал, что будут нужны чуть более подробные объяснения. Итак, вот в этом кристалле – сила титана. Его зародыш. И эта сила обязана вернуться в мир. С одной стороны, это неплохо, но есть большой минус. То живое существо, которое вместит в себя зародыш титана, перестанет существовать в своем прежнем облике.

Кэйр говорил так обыденно, так монотонно, будто рассказывал давно всем известную и надоевшую сказку. А я понимала, что стоило бы сейчас отследить реакции тех, кто слушает его. В первую очередь – Благого короля. Мне было как минимум любопытно…

Понимала. Но не могла отвести глаз от мужа.

– А соответственно, у него, как у любого приговоренного, есть право на последнее желание, – все так же буднично продолжал он. – Отмечу, что это последнее желание будет действовать как гейс, и новоявленный титан не сможет успокоиться, пока не исполнит загаданное им же самим. А возможностей у него будет… очень много. Так вот, я, король Кэйворрейн, клянусь своей силой и магией, клянусь своей короной и беру в свидетели Неблагой Двор…

Тот же тон, то же спокойное выражение лица, тот же ярко-голубой, ничуть не изменившийся цвет глаз… Если бы я не влюбилась в этого мужчину раньше – сделала бы это сейчас.

– …если сегодня не будет подписан мирный договор, то я разбиваю кристалл. И моим последним желанием станет уничтожение фоморов. Полное. Окончательное. До последней капли крови, в ком бы они ни текла.

– М-м-м… прекрасно! – одобрил Дерек Стрелозуб. – А как же недавние красивые слова о том, что убитые могут восстать обратно? Получается, убьешь ты нас, королек, а мы после вернемся и таки растащим ваше дрянное остроухое племя по косточкам?

– Такая возможность, несомненно, есть, – пожал плечами Кэйр. – Но она теоретическая. А война на два фронта – возможность реальная, и она уже на пороге. Так что, пожалуй, я рискну. Но это я… а вот вы, уважаемый Дерек? Рискнете? Своим народом. Всем и сразу. Вы только-только вышли из Бездны, и вместо жизни все племя фоморов подвергнется уничтожению. Так себе перспектива.

Кажется, мою фразочку о добром слове и пистолете кое-кто воспринял слишком буквально.

– Кстати! – словно бы вспомнил Кэйворрейн. – Просто для информации, чтобы не утонуло в глубине веков и сохранилось в анналах истории. Этого титана пробудил Аэлар Филидэль, потомок Элаты, открывший Печати на Бездне. А убаюкал я. Так что все справедливо.

Молчание затянулось на несколько минут, и за это время за креслами Моары и Дерека возникали один за другим новые фоморы. Пятый (и последний) из них, воткнул в стол кинжал, оперся на рукоять обеими руками и прогудел:

– О чем думаешь, Дерек? Лично я не хочу дохнуть тут во славу амбиций. Давайте ваш договор, дивные поганцы.