– О чем?

– Надо, – с нажимом повторила я, стрельнув глазами по сторонам и намекая, что не готова вести беседы при всем фейрийском народе. Слуа, конечно, мертвые, но слух и память у них точно есть.

А секретную информацию следует сначала обсудить с королем, а потом уже обнародовать.

– Хорошо, – кивнул Кэйр, с явной неохотой выпуская меня из объятий.

И увлек меня внутрь горы, а там повел по коридорам-лабиринтам, сменяющимися то огромными пещерами, то небольшими залами.

Чертоги гвиллионов оказались удивительным местом. Чего стоили только стены, выложенные подсвеченной мозаикой из прозрачных, разноцветных камней. Я не разбиралась в минералах и не могла определить даже, драгоценные они или полудрагоценные. Просто видела красивое – и восхищалась этим красивым.

Хотя, наверное, как бы ни были богаты каменьями жилы в Северных горах, их там не настолько много, чтобы выкладывать алмазами, сапфирами и рубинами многометровые мозаичные панно во всех коридорах. Так что ставлю на хрусталь, кварц и подобное.

Спустя несколько переходов в огромном зале с практически полностью каменной меблировкой и бесподобными друзами, выступающими из стен, нам встретился уже знакомый со свадьбы князь гвиллионов.

Он отвесил поклон и проговорил:

– Темная королева, рад приветствовать вас в моих владениях.

Надо сказать, что князь, с его лиловыми глазами, антрацитовой кожей и затейливыми узорами на лице, на удивление органично смотрелся среди огромных, похожих на лепестки цветов кристальных друз.

Я с достоинством склонила голову и ответила:

– Я давно мечтала побывать у вас в гостях.

Гвиллион немедленно рассыпался в заверениях, что весь его народ будет счастлив услужить восхитительной королеве и все чертоги княжества в ее распоряжении. В ответ я с долей восхищения сообщила, что непременно полюбуюсь на их несомненное великолепие.

Взаимные расшаркивания были недолгими (что не могло не радовать), так как к нам почти сразу подбежал какой-то другой гвиллион, по всей видимости адъютант, и сообщил:

– Ваши величества, мой князь, дозвольте обратиться!

– Дозволяю, – разрешил Кэйворрейн.

– Пришло послание от фоморов! Они согласны на встречу в условленном месте!

– Мой король! – тотчас повернулся к нему князь.

– Элла, я найду тебя, как только освобожусь.

И мужчины, оживленно переговариваясь, вышли в противоположную арку дверей, украшенную по всему периметру многочисленными сверкающими черепами – маленькими, с мой кулак, но очень похожими на человеческие.

А ко мне приблизилась невысокая гвиллионка и, низко поклонившись, произнесла:

– Ваше величество, меня зовут Миола и я буду вашей сопровождающей. Пойдемте, моя королева, я провожу вас в покои. Король Кэйворрейн освободится не скоро.

И она была права.