Оказывается, не зря в учебке особое внимание уделялось огневой подготовке. Патронов и стволов не жалели. Стреляли помногу и со всех положений. В иные дни Ярославу приходилось столько стрелять, что уши к вечеру отказывались слышать..."

"И как сейчас пригодилась ему эта наука! Он смог переиграть своего первого «духа». И уложил его с третьей очереди. Целиком переключился на второго, более дальнего. С ним пришлось повозиться. Но все же и его достала пуля. У Ярослава же была окровавлена щека: вражеская пуля выбила из камня крупный осколок, который и вспорол кожу на лице. Но это мелочь.

Горные стрелки показали отличную выучку и дисциплину боя. В конце концов «духи» дрогнули и стали отступать. Капитан Семенов не стал их преследовать. Позволил им сосредоточиться вне зоны обстрела. Собрал свою группу в кулак, сбросил ненужное сейчас снаряжение, форсированным маршем совершил обходной маневр и зашел во фланг спешно отступающему противнику. Душманы не ожидали от него такой прыти. Ведь в горах они хозяева, им здесь все доступно и подвластно. Но нет, оказалось, что и советский солдат уверенно чувствует себя на их территории.

Теперь душманы оказались в роли загнанного зверя. Они отлично стреляли, превосходно знали горы, физическая сила, выносливость и сноровка тоже за ними. Но им не хватало слаженности в действиях. Пока они в суматохе начавшегося боя выстраивали боевой порядок, горные стрелки накрыли их как лавина. Одного «духа» Ярослав застрелил в упор. Но второй каким-то образом исхитрился, ухватился за автомат и попытался вырвать его из рук. Но не заметил десантный нож, который Ярослав быстро и уверенно вытащил из ножен... Клинок вошел врагу точно в шею – сверху вниз.

На этом все и закончилось. Стрельба стихла. Вокруг ни одного живого врага. Только разгоряченные и запыхавшиеся стрелки. Ярослав и сам на боевом взводе. Душа на запоре, зато кровь бурлит в жилах. Азарт распирает изнутри. В глазах пожар. Вместо лица какая-то злобная гримаса.

К нему подошел командир. Рассредоточенно посмотрел в его сторону. Он видел его, но при этом обозревал и все пространство вокруг. Настоящий профи.

– Ну как? – спросил он.

Ярослав тоже ощущал себя настоящим профессионалом.

– Отлично! – ухарски ответил он.

И с бравадой крутого парня вытер окровавленный нож о рукав куртки.

– Ты только держись, ладно? – как-то странно посмотрел на него Семенов.

И фраза какая-то странная. Бой уже позади, и он вел себя достойно до самого победного конца. Он все выдержал. А ему говорят: держись...

Ярослав спрятал нож. Почувствовал, как успокаивается кровь, как раскрывается душа. Снисходительно глянул на зарезанного душмана. Гримаса ужаса на застывшем лице, страшные настежь распахнутые глаза. И кровь, много крови...