А именно: выдернул из подсумков две гранаты, кольца которых вылетели при рывке, ибо были привязаны к разгрузке специальными ремешками, – и бросил обе в раскрытый ящик с выстрелами для гранатомета.

Захаров от неожиданности даже не успел сообразить, каким образом ему может повредить данный поступок смертника, как гранаты рванули – а следом за ними сдетонировали гранатометные выстрелы, на короткое время превратив блокпост в небольшой филиал огненного ада…

Академик не почувствовал боли – колония микроскопических роботов, в которую он фактически превратился, не была запрограммирована на болевые ощущения…

А вот процент потерь наноботов она просчитывала замечательно.

«Минус 9,8 % от общей массы уничтожено взрывом» – такая информация возникла в мозгу Захарова.

И тут он понял, что его неуязвимость – величина довольно эфемерная…

Гарантированно истребить колонию можно было только ядерным взрывом. Но взрывы послабее, оказывается, могли привести в негодность определенный процент наноботов, что для Захарова стало неприятным открытием. Он свое творение создавал, рассчитывая на больший запас прочности.

Но все это происходило много лет назад, и, видимо, то ли технологии секретного автоклава устарели, то ли материалы пришли в негодность – в общем, все получилось не так радужно, как представлял себе академик.

И откатить процесс назад было проблематично."

"Оцифровать себя в колонию наноботов, избавившись от человеческой оболочки, было относительно просто. А вот как запустить обратный процесс, Захаров пока не представлял… Нужны были сложные расчеты, многие часы работы, возможно, создание другого автоклава и какой-нибудь специализированной матрицы…

Да и не хотелось академику обратно в человеческое тело, подверженное болезням, старости и смерти.

К тому же его наноботы, способные к самопроизводству, уже начали постепенно регенерировать – правда, процесс шел не быстро. Расчеты показывали, что до полного восстановления требовалось около шести часов и море энергии…

Время у академика было.

А вот с энергией возникли некоторые проблемы…

Можно было бы подпитаться какой-нибудь аномалией или артефактом. Но вблизи Припяти борги давно собрали все арты, а вновь сброшенные «мусорщиками» со своих невидимых «галош» немедленно подбирались мобильными патрулями красно-черных и сдавались в казну группировки.

С аномалиями борги тоже боролись, стараясь держать территорию вокруг своего города свободной от неожиданностей. Какие-то из аномалий, не терпящих друг друга, стравливали между собой, и те аннигилировали, оставляя на земле Зоны обугленные ямы. Другие морили голодом, выкапывая вокруг них глубокие рвы, по краям огороженные колючей проволокой.