Она шагнула назад, подняла руки к своей безобразной морде… и внезапно ее гигантский живот, лишившись поддержки, лопнул, словно перезревший арбуз…

В данном случае Циркачу, который находился ближе всего к мутантихе, повезло меньше всех – на него в полном объеме плеснуло зловонное содержимое лопнувшего брюха. Нам с Бесконечным досталось по минимуму, так как мы рефлекторно еще и назад отпрыгнуть успели.

А вот Циркачу, все еще стоявшему на коленях, деваться было некуда…

Но нам с Бесконечным сейчас было не до него.

Псионики Зоны фантастически живучие твари, обладающие к тому же способностью к скоростной регенерации. И сейчас псио на карачках ползла обратно в дом, причем делала это довольно шустро.

И уползла бы, пока мы меняли магазины, если б не влажные от крови обрывки кожи ее живота вместе с кишками, которые тянулись за ней грязно-алым шлейфом…

На них-то она и поскользнулась обоими коленями и шлепнулась, не дотянув до порога дома каких-то полметра…

А в следующую секунду мы с Бесконечным, сменившие пустые магазины наших автоматов на полные, двумя длинными очередями разнесли в кашу бугристую башку раненой твари…

С ней было покончено.

С Циркачом же проблемы только начинались…

Он по-прежнему стоял на коленях, боясь пошевелиться, – и понятно почему. На нем, словно на новогодней елке, висело содержимое брюха застреленной нами псио. Обрывки кишок, комки слизи, и главное – непереваренные части тел, похожих на человеческие.

– Понятно теперь, откуда в ней столько силищи было, – сказал я. – Похоронила в себе собственных детей и медленно их переваривала.

– Это да, – кивнул Бесконечный. – У них от этого прям адская мощь просыпается. Если б она Циркача раньше времени со счетов не списала, конец бы нам пришел.

– Согласен, – отозвался я. – Циркач прям молодец. Нож метнул вовремя и попал отлично.

– Вы еще долго там трепаться будете? – подал голос наш герой. – Я, блин, пошевелиться боюсь: эта гадость, что на мне, жжется адски от малейшего движения.

– А может, тебе и не надо шевелиться, а? – с надеждой в голосе поинтересовался Бесконечный. – Тебя намного милосерднее будет пристрелить, чем отмыть. Что скажешь?

– Я бы предпочел отмыть, – дрогнувшим голосом проговорил Циркач.

– И я его понимаю, – хмыкнул я. – Давай попробуем.

– Что-то мне не хочется к нему близко подходить, – проворчал Бесконечный. – От него ж воняет, как из разрытой могилы.

– Ты еще не знаешь, что такое настоящая вонь, – усмехнулся я. – Я вот однажды помогал родить матке потолочника, вот там был вонизм эталонный. На сто из ста.

– То есть ты в этих делах тренированный, – сделал вывод бармен. – Стало быть, тебе и помогать боевому товарищу, выручившему нас в непростой ситуации.