– Вольф, как ты думаешь, этот тип из команды Килима или Шфора?

– Кого? – вытаращил на меня глаза Кельс.

Конечно, он же не в курсе, что наследники – да и наследники ли? – чуть не передрались в кабинете короля."

"– Угу, ты не ослышался. Потомки тех господ так возжелали вернуть потерянное сокровище, что даже наша свадьба их не остановила! Интересно, откуда они узнали, что энциклопедия нашлась?

– Наверняка проболтался кто-то из магов, которые были с нами в пустыне, – предположил Вольф.

– Кстати, один из них очень долго с Горацием беседовал, – вспомнила я допрос с пристрастием. – У бедного хранителя даже голова разболелась.

– Господин Иероним, – Вольф вышел в коридор, в котором еще проводились следственные работы, – кто, по-вашему, мог быть агентом Килима?

– Ох… Ядвиг это. Он представитель ВАТиМ. Как я недоглядел?! Простите меня!

– Не вините себя. Невозможно распознать всех подлецов. Я думаю, нам надо надежно спрятать энциклопедию. Желающих заполучить эти книги будет еще предостаточно! Как ты считаешь, Кельс?

– Я согласен, – без раздумий согласился парамедик.

– Королевская библиотека – вполне надежное место, – предложил Иероним.

– Да. Но можно найти не очень щепетильного служащего и подкупить. Или шантажировать. Я знаю место понадежнее. Подкупать там некого, а добраться туда практически невозможно!

Я тоже знаю такое место и категорически согласна с мужем. Чулан – самое подходящее место для хранения таких экспонатов.

– А что такое ВАТиМ? – поинтересовался любознательный Кельс.

Вот удивительная способность у человека слышать и выделять главное из сказанного. Ведь маг только вскользь упомянул, а медик уловил, запомнил и не преминул уточнить.

Господин Иероним коротко поведал нам историю взлета и падения академии магии.

Высшая академия технологии и магии когда-то действительно была одним из самых престижных учебных заведений мира. Жаждущие знаний со всего света съезжались туда на учебу, но не всем улыбалась удача. Год от года абитуриентов становилось больше, а мест в академии не прибавлялось в силу ее расположения на небольшом острове в южном море. Отбор туда был жесточайший. Это-то и стало отпугивать потенциальных студентов. Руководство академии сначала не придавало значения оттоку абитуриентов, а когда спохватилось, было уже поздно. Как-то вдруг выяснилось, что их студенты не блещут на общем фоне учащихся из других академий и университетов, преподавание в которых шагнуло далеко вперед. На этой почве в ВАТиМ начался раскол между преподавателями. Одни хотели перемен, другие настаивали на сохранении традиций. Несколько лет скрытой вражды привели к разделению академии на два автономных учебных заведения.