А толпа чужеземцев, разгуливающих по полям и весям, могла спровоцировать межмировой конфликт. Кроме того, Иеронима все время терзала мысль, что своими действиями он только вредит и в сложившейся ситуации ему надо свести свою деятельность до минимума. Королевский маг махнул рукой и стал ждать нашего возвращения. Когда он принял это решение, душа его, как ни странно, успокоилась. И только вчера, когда понял, что портал стал закрываться раньше, чем он рассчитывал, тревога снова поселилась в его сердце. Иероним собрал всех магов, которые участвовали в открытии портала, и коллегиально они приняли решение вызывать нас обратно.

Ментальный посыл должен был дать нам понять, что пора домой! Срочно!

Так вот отчего меня так трясло! А я все понять не могла, откуда идет тревога. И еще поражало то, что на мой слабый ментал это действовало сильнее всего!

Совсем не умею сопротивляться…

– Как же ты прошла ловушки? – Кельс так увлекся нашими приключениям, что даже стал делать записи в маленьком блокноте.

– Понятия не имею… Нет, я, конечно, подозревала, что портал заминирован, и шла очень осторожно, проверяя каждый шаг.

Но ловушек не видела ни одной, – пожала плечами и кивком предложила королевскому магу вносить предложения.

– Мне тоже сие неведомо, – признался Иероним, – словно само провидение вело тебя. Я тогда опасался, что тихой и смиренной ты только прикидываешься, вот и обезопасил портал от проникновения в него. Но как ты прошла…

– А присутствие призрака-хранителя могло повлиять на срабатывание ловушек? – углубился в проблему дотошный Вольф.

– Надо у него самого поинтересоваться, – поднялся на ноги Иероним.

 – И Бернарду сообщить, что вы вернулись. Я пойду…

– Господин Иероним, а вы что, сами к Бернарду пойдете? – озвучила я свою догадку.

– Хм… Да. Меня, пока вас не было, Хлоя научила-таки пользоваться МГТ. Заодно и им скажу. До встречи, господа!

Маг покинул шатер. А я наконец задала Вольфу вопрос, который так долго меня мучил.

– Почему ты не сказал Вилде, что я твоя жена?

Он ласково провел рукой по моим волосам, по щеке, по губам. Я непроизвольно облизнулась. Он довольно улыбнулся.

– Чтобы она тебе не причинила вреда.

Тот мир жесток! Я поразился, как он сломал Лотара. Потом я увидел выражение ее лица. Оно было чужим, холодным, бесстрастным.

– Может, она сдерживалась при муже, – проворчала недовольно. Ведь как вела себя Вилда с ним наедине, я не знала. Возможно, она бросилась к нему на шею и осыпала поцелуями? – Или нас постеснялась…

– Знаешь, какой первый вопрос задала она мне, когда мы вошли в библиотеку? – довольно жестко спросил Вольф, напряженно двигая желваками.