Тогда ты бы не металась из крайности в крайность.

Я резко развернулась и замахнулась, чтобы посильнее врезать ему пощечину. Но он перехватил мою руку.

— Я ненавижу тебя Тимирязев! — от обиды в моем носу неприятно защипало.

— Я сегодня это уже слышал, — он ехидно усмехнулся, выпустил мою руку и отошел на безопасное расстояние. Значит так, чтобы ты не устраивала здесь цирк, говорю один раз. Двери закрыты. Они металлические и бронированные, поэтому ломать их бесполезно. Сейчас около полуночи, вряд ли ты найдешь нормальную гостиницу, а уж квартиру тем более. Дома только всех перепугаешь своим ночным визитом.

Переночуешь здесь, в гостевой спальне, а завтра утром возьмешь свои вещи и пойдешь куда захочешь, хоть на все четыре стороны. Силой держать не стану. Если поняла, кивни.

Я стояла и ошарашенно переваривала сказанную им информацию. Конечно, доля правды в его словах присутствует. Уже практически ночь, а мне до утра придется ездить в поисках нормальной и недорогой гостиницы.

— Мне надо в душ, — тихо сказала, не поднимая на него взгляд.

Мне даже смотреть в его сторону сейчас было противно.

— Пожалуйста.

Ванна в твоем распоряжении, — он повернулся ко мне спиной и подошёл к столу. Демонстративно достал из тумбы мусорное ведро и выбросил туда всю еду, которая была готова отправится на этот злосчастный гриль.

— Если что-то понадобится я буду у себя в кабинете, — он со злости швырнул тарелки в мойку, туда же отправил кухонное полотенце и вышел из кухни.

Мне ничего не понадобилась. Я ушла в ванну, а Тим закрылся у себя в кабинете.

На часах было три ночи, когда я услышала стук в дверь. Услышала сразу, потому как не спала.

— Арина… — послышалось из-за двери.

Тим.

Я накинула халат, подошла к двери и открыла ее. Мужчина стоял, облокотившись рукой о дверной косяк. Его белая футболка была испачкана алыми пятнами.

— Я руку порезал, помоги мне перебинтовать, — он протянул и разжал ладонь.

Я увидела, как пульсирует кровь. Рана не длинная, чтобы ее надо было шить, но достаточно глубокая.

— Как это ты так умудрился?

Меня не напугать видом крови. Я каждые каникулы врачую Ваньку. Он ведь если не сломает себе что-то, то локти с коленами точно поразбивает в кровь.

— Стакан разбил. Стекло убирал и загнал.

На журнальном столике в гостиной уже лежала открытая аптечка. Тим сел на диван и вытянул руку передо мной.

Так. Все, как всегда. Антисептик. Зеленка. Вата. Бинт. Я подошла к нему и начала обрабатывать рану. Мужчина внимательно наблюдал за моими действиями, позволяя ухаживать за собой.

Я посмотрела в его глаза — пустые, стеклянные, без капли эмоций.

Молчит. Успокоился.

Ну и Слава Богу.

Пауза между нами длилась не долго. Тим первым нарушил молчание.

— Почему ты такая вредная? — сглотнул.