— Ну-ну, дорогая кузина! О каком извращении может идти речь, если дело касается взрослых, согласных на все людей? А ведь вы именно такими и были — очень рьяными в любовных играх, должен сказать. Алекс знает толк в таких делах, — вздохнул Джордж. — Жаль, что у нас так мало времени. Даже не знаю, кого бы мне хотелось трахнуть больше — тебя или его. Однако сомневаюсь, что кто-либо из вас пошел бы на это с охотой. И все же какое это удовольствие — заставить другого наблюдать за нами.

— К чему тогда спешка? — вкрадчиво спросил Алекс, не обращая внимания на искаженное от ужаса лицо Кэролин. — Если ты согласен, я не прочь позабавиться.

Джордж рассмеялся.

— Очень умно с твоей стороны, но меня не проведешь. Ты решил, что будь у тебя больше времени, тебе удастся меня обмануть. К счастью, я научился сдерживать свои аппетиты. Вам обоим предстоит умереть до рассвета. Это будет прекрасное самоубийство — смертельный прыжок со скалы!

— С чего бы нам это делать?

— Я не психолог и не могу объяснить, как работает твой разум, дорогуша, — пожал плечами Джордж. — Почему ты сперва сломал машину Кэролин, а затем увез девушку с собой. А когда явился дядя Уоррен, чтобы попытаться тебя остановить, ты хладнокровно его убил. Кто в состоянии все это объяснить, как и то, что ты сжег дотла дом в Эдгартауне? Я буду в полном замешательстве, когда мне об этом сообщат у постели моей матери. Мы все будем раздавлены горем, — мило улыбнулся Джордж.

— А тебе не кажется, что ты слегка переборщил, сжигая дом? Ведь ты на это пошел ради денег, и хотя страховка покроет большую часть расходов, дом стоил намного больше.

— Ах, но ты ведь знаешь, что нельзя приготовить яичницу, не разбив при этом яиц. Уж дядя Уоррен обязан был об этом знать.

Они поднялись к вершине, и солнце как раз появилось из-за горизонта, пронзая яркими лучами света темное небо.

— Джордж, — тихо сказала Кэролин. — Мне все еще непонятно, почему ты хочешь причинить нам зло. Неужели из-за денег? Ведь у тебя их так много.

— Кэролин, денег никогда не бывает слишком много. Ты всегда была такой наивной. Да, я привык жить на широкую ногу. Но ты права, дело вовсе не в деньгах.

— В чем же тогда причина?

— Но ведь это так очевидно! Бьюсь об заклад, что Алекс сразу обо всем догадался. Вы с ним не настоящие Макдауэллы. Ты незаконнорожденная, а он приемыш. Вы не нашего роду-племени и не заслужили ни одного пенни из наследия, накопленного поколениями моих предков. Вы оба всего лишь самозванцы. Мне известно об этом с детства — я же говорил, что привык слушать и наблюдать. Я всегда знал, что рано или поздно мне придется избавиться от Алекса — и когда он застукал меня за моим любимым занятием, я тут же понял, что этот момент настал. У меня были сомнения на твой счет, но к старости Уоррен стал сентиментальным.