Все были уже изрядно пьяны. Они отмечали Рождество вторые сутки напролет.

Вчера Мария вместе с Фомичом отправились в честь праздничка в третьесортный кабачок близ метро «Молодежная». Там, распив бутылку, с ходу зачем-то познакомились с Надеждой и ее ухажером бомжеватого вида. Надежда оказалась украинкой: приехала в Москву на заработки, торговала на рынке. И Надюха, и ее спутник оказались падки на дармовое угощение. Платили за все Фомич и Мэри. Раздавили совместно еще бутылочку. Затем Надюхин спутник отрубился прямо за столиком, уронив лицо на руки. «С-скотина!» – несколько раз пхнула его в бок Надя – тот только мычал спросонья.

Бросили контуженного алкоголем на поле боя.

– Ничего, проспится – сам домой пойдет! Надоел! – воскликнула хохлушка.

– И верно, надоел! – согласилась Маша.

Захватили еще пару бутылок, колбасы, Фомич зачем-то приобрел сигару. Побрели в гости к новой знакомой – та снимала квартиру совсем неподалеку.

И пили полночи, и улеглись вповалку, и проснулись за полдень, и Фомич побежал за добавкой… И снова продолжали пить…

…Вот почему ни Павел, ни Катюша не могли все эти дни дозвониться ни до Мэри, ни до Фомича.

Их попросту не было дома. А ведь и Катя, и Паша готовы были уже заподозрить самое страшное…

– Давай, Фомич, – скомандовала Мария, – давай, читай теперь стихи про окно…

– К-какие?

– Те самые! Не придуряйся! «Вот опять окно, здесь опять не спят…»

– «…то ли пьют вино, то ли так сидят…», – послушно подхватил Фомич.

– «Или, может, рук не разнимут двое, – прокричала, коверкая Цветаеву, Мэри. – И в моем, мой друг, завелось такое!..»

Проводив Пашу, Катя заглянула проведать, как там ее замечательный муж. В кабинете Андрея Витальевича не оказалось.

Екатерина Сергеевна приоткрыла дверь в спальню.

Профессор бессовестно дрых. Посреди супружеской французской кровати: прямо как был, в спортивном костюме, поверх итальянского покрывала. Лежал навзничь, посапывал. Губки по-детски выпячены. На животе бессильно лежит рука с книжкой Evelyn Waugh «BRIDESHEAD REVISITED».[19] Палец заложен на четырнадцатой странице.

«Уморил Дьячкова Ивлин Во», – усмехнулась Катя, бесшумно вошла в спальню и подошла к окну. Выглянула из-за темно-зеленой портьеры вниз. Все три окна их квартиры выходили в переулок.

«Фиатик» был на месте. А рядом стояла – не отъезжала! – «восьмерка» Павла. Следить он за ней, что ли, вздумал?

Катя решила понаблюдать за частным детективом. Павел сидел в салоне, не выходил. Мотор работал. Шлейф выхлопных газов и пара поднимался из-под хвоста «восьмерки». Екатерина Сергеевна присмотрелась: кажется, Паша звонит кому-то по сотовому телефону. Пытается напасть на след?

«Почему бы не попросить позвонить из моей квартиры? – подумала Катя. – Зачем тратиться на сотовую связь? Или он и меня тоже подозревает?..