Видимо, инспектор этого болтуна взглядом приструнил. Он это умеет. А я отлично умею влипать! Запишу в копилку достижений сразу после того, как смоюсь отсюда подальше!

Боги! Надо же так встрять. Наспех переодеваюсь, повязываю на лицо платок, а затем и шляпку с вуалью надеваю. И только хочу поискать Янгу, как она приходит сама.

– А чего это ты?! – только хочет она возмутиться, как я прикладываю палец к ее губам.

Не хочу, чтобы нас услышали. Я ведь их слышала. А сейчас стало тихо. Ушли?

– Ты чего? – чуть ли не шепчет мне Янга.

– Накупалась уже, – отвечаю ей, решив, что чем наставница меньше знает, тем крепче спит. Не то начнет проводить ритуалы, чтобы мы с Сурэлом разными дорогами ходили.

– Вот же черт! – в прямом смысле фейспалм, когда осознаю, что я сама пару часов назад позвала одного из тех грубиянов в лавку гадалки. Он, как я теперь понимаю, тоже Сурэл.

Вот где была моя чуйка? Почему я чувствую всех, кроме себя самой? Ну и инспектора, пожалуй… Почувствовала бы, не забыла бы и не залипла на шесть кубиков на животе.

– Элиза? – осторожно зовет меня Янга.

– Ладно, ты купайся, а я пока что найду чего выпить, – отвечаю подруге, а мысленно добавлю ""желательно, чего-нибудь покрепче"".

Выхожу из купален в тускло освещенный коридор. Воздух здесь теплый и влажный, с легким ароматом благовоний. Стены покрыты мелкой голубоватой плиткой, местами потемневшей от времени. Шаги по каменному полу отдаются гулким эхом.

Миновав пару поворотов, попадаю в просторную прихожую с низкими диванами и столиками. На них – кувшины с напитками и глиняные чашки. В воздухе витает запах сладких трав и дымка от тлеющих в углу угольков. Тут и успокаиваюсь, а затем, прежде чем снова скользнуть к купальням прислушиваюсь. Вроеде, лишние не бродят. И не лишние, увы, тоже.

Вздохнув, топаю к Янге, как слышу:

– Ты заметил, как Дарен изменился?

Голос приглушенный, его едва слышно из-за двери, но я узнаю. Один из кузенов. Тот длинный, кажется.

– Он стал еще более грозным и пугающим. Ты заметил?

– Он всегда был и грозным, и пугающим. С детства. – отзывается второй, чем-то прихлебывая.

– Но сейчас еще больше. С виду улыбается, а по спине мурашки идут. Может, это все из-за Хельмов?

– Что ты несешь, Пайер?

– Ты разве не слышал, что в городе болтают? Хельмы вернулись. Точнее одна. Дочка.

– Шутишь? А почему кузен ничего клану не сказал?

– Ты Дарена, что ли, не знаешь?

– Но в Хельм тоже есть ведминская кровь, а проклятье… – как назло, он понижает голос, не слышу часть слов. – Дарен, может, и сильнейший из нас, но на каждого бога найдется управа. Может с ней разобраться?

Чего? Не нужно со мной разбираться!

– Не лезь в дела Дарена, если жизнь дорога, – вот, отличный совет.