— Мы будем поздно, — предупредил сына Борис Олегович.

— Но это не значит, что ты должен до часа ночи торчать перед телевизором, — строго добавила мама.

— Или трепаться до посинения с Танькой, — внес свою лепту в воспитание сына папа. Олег и Таня действительно любили поболтать часок-другой перед сном, что неизменно раздражало Бориса Олеговича.

— Да нет, — заверил Олег. — Завтра день напряженный в школе. Так что я лягу пораньше.

— Растет наш Олежка, — уже на лестничной клетке растроганно поделился с женой Борис Олегович.

— И чувство ответственности появляется, — согласилась та.

— Старушку троюродную угробили, — послышался вдруг за их спинами злобный шепот Анастасии Кельмановны. — Ничего. Милиция разберется.

— Вы о чем? — вздрогнув, обернулся Борис Олегович.

Но дверь Кельмановны уже захлопнулась.

Олег вышел на балкон. Убедившись на всякий случай, что родительская машина отъехала, он стал не спеша готовиться к ночной вылазке.

Что до Темы, то он тревожился не напрасно. Папа его, Никита Владимирович, действительно рано улегся спать. К тому же за ужином он для успокоения нервов выпил две банки пива, а оно действовало на него лучше любого снотворного.

С мамой было сложней. Надежда Васильевна переживала очередной телефонный экстаз. Снуя по квартире с радиотелефоном, она уже третий час подряд обсуждала проблемы, которые внезапно возникли на личном фронте у ее близкой подруги Оленьки. При этом Темина мама готовила, затем стирала в ванной и наконец устроилась с телефоном в столовой попить чайку.

Темыч с беспокойством поглядывал на часы. Дождавшись до половины одиннадцатого, мальчик запаниковал. Мать явно ложиться не собиралась.

Она только что набрала номер самой близкой своей подруги Верунчика и начала в подробностях ей пересказывать обстоятельства Оленькиного развода. Тут Темыч решил рискнуть.

— Спокойной ночи, мама! — отчетливо произнес он.

И, прежде чем Надежда Васильевна успела что-либо сообразить, выскользнул из квартиры. Тщательно заперев дверь, он все же прислушался, нет ли погони.

— Что-что, Верунчик? — донесся до него значительно приглушенный дверью голос матери. — Нет, я не занята. Просто Темочка мой спать пошел.

— Думаю, я вернусь, а она еще разговаривать будет, — пробормотал мальчик и кинулся к лифту.

Когда он достиг ограды дома один по Портняжному переулку, Катя, Таня и Женька уже стояли там.

— А где Олег? — спросил Темыч.

— Сами удивляемся, — пожали плечами остальные.

— Извините, — как раз в это время подбежал, запыхавшись, Олег. — Пришлось вернуться в последний момент.

— Зачем? — спросил Женька.

— Маленькая конспирация, — усмехнулся мальчик в очках. — Я валик диванный в свою пижаму одел и накрыл одеялом.