Кошка не обратила на подношение ни малейшего внимания, а неприятно распушилась и уставилась круглыми глазами Василисе за плечо.

Тот же голос обиженно прокомментировал:

— Зачем ты так? Я извиниться пришла.

Из-за спины вышла невысокая девчонка, с опаской посмотрела на Ликси, подтащила от соседнего столика стул и плотно уселась. Василиса бросила на неё короткий взгляд — ничего особенного: короткая рваная стрижка, совершенно обычное лицо, примечательное, разве что, выразительным ртом и огромными ярко-синими глазищами.

Девица вздохнула и покаянно пробормотала:

— Извини.

— Непременно. Только сначала узнаю, за что.

— Я — Морена.

— И почему я должна тебя извинять за твоё имя?

— Ты что, правда, не понимаешь?

— Нет, я издеваюсь. Потому что хочу услышать полную формулировку того, за что я буду тебя извинять. Неплохо бы ещё и обоснование того, почему я должна это сделать.

Девица совсем погрустнела, и начала сбивчиво объяснять:

— Ну, твоя бабушка мне объяснила…

Василиса перебила:

— Бабушка — это обоснование того, почему ты пришла извиняться.

Мне она ничего не объясняла, поэтому никаких причин прощать тебя у меня не наблюдается. Всё, закончили. Я хочу, наконец, спокойно пообедать.

Подозвав хозяйку, она, после недолгого обсуждения, заказала запечённую на углях форель со всем, что к ней должно прилагаться, а для пристально наблюдающей за пришелицей Ликси — блюдечко взбитых сливок. Потом она попыталась успокоить кошку:

— Расслабься. В это раз меня травить не будут. Судя по всему, бабуля девушке очень качественное перо вставила, видишь, с какой скоростью рыбка наша золотая с его помощью сюда припорхала.

Остановив жестом попытавшуюся возмутиться Морену, Василиса наконец-то посмотрела на счастливую соперницу и устало объяснила:"

"— Мне не за что тебя ни извинять, ни прощать. Ты просто действовала, как привыкла — как избалованная, эгоистичная и истеричная маленькая девочка. Захотела парня — получила: я в жизни не поверю, что Макса могло просто так смыть с палубы.

Захотела ещё и с моей жизнью поиграть — ну, тут обломалась. И, наверняка, не только от моей бабушки огребла, но и от своих родителей тоже. Я права?

— Я хотела, чтобы всем было хорошо…

— И тебе самой — в первую очередь.

Василиса замолчала и задумалась. Очень удачно именно в этот момент принесли рыбу — хотя, правильнее было назвать её рыбищей — со свисающим с тарелки хвостом, обложенную крупно порезанными помидорами, огурцами и массой неизвестной зелени.