И рванула бегом к дому, превозмогая боль в стёртых ногах.

Пусть думает, что я чокнутая. Какая есть... Он же такую любит.

Любит...

А Норман мне в любви ни разу не признавался.

Почему я решилась за него замуж выйти? Сейчас я этого не понимаю. Ясно же, что никакой любовью там и не пахло, а со стороны Владимира было лишь чувство собственничества.

Просто я полная дура! Вот и всё...

-Ой! — чувствую сильную боль в ступне и падаю.

И через несколько секунд возле меня присаживается Шолохов.

— Что случилось? — он не на шутку взволнован моим падением.

— Нога...

Роман осторожно стягивает с моей ноги кроссовок. На белом носке растекается алое пятно крови.

— Рана открылась. Что бы бегаешь, как укушенная в задницу? Держись за шею.

Я, помедлив, протягиваю руки и обвиваю его шею, а он приподнимает меня на руки.

— Тебе не кажется, что ты слишком часто носишь меня на руках?

— Да я бы тебя с них вообще не спускал, — улыбается искренне.

— Ты для этого качался целый год?

— Нет. Но пригодилось, как видишь.

— Тогда зачем?

— Тебя хотел из головы выкинуть.

— Не вышло, получается...

— На какое-то время забыл. Но перед дембелем меня опять нахлобучило. Ты моё наказание, Машенька, — легко подкинул меня на руках, а я вцепилась сильнее ему в шею.

— Осторожнее, уронишь!

— Ни за что. Своё никогда.

— Я не твоя!

— Это дело времени, — хитро.

— Ты слишком самоуверен. Ты год меня уламывал, и у тебя не получилось. Сейчас хочешь за пару дней справиться?

— Неделя.

— Что?

— Максимум через неделю ты будешь моей. И то, это я тебе даю срок с большим запасом. Я думаю, ты уже готова.

— Не будет этого! — бесит его самоуверенность.

— Машенька, ты на берегу на меня так смотрела, готова была проглотить.

— Неправда! Я просто была удивлена тем, что ты там голый. Неожиданно, знаешь ли, выйти на берег, а там нудист.

— Могла бы отвернуться, но ты стояла и смотрела.

— А ты мог бы и за кустами одеваться!

— Мне нечего скрывать. Я не стесняюсь, — повел одним плечом.

— Это не даёт тебе право ходить передо мной голышом.

— Нечего было идти за мной, не увидела бы ничего. Могла бы просто признаться, что тебе понравилось смотреть на меня обнажённым.

-Нет!

— Врушка. Видел я, как ты губы жевала.

Блин! У него глаза на затылке? Когда он всё увидел?

Мне нечего ему ответить, он ведь правду сказал. Просто отворачиваюсь и смотрю в сторону, пока он подымает меня по крыльцу в дом.

Опять обработал мне рану, только в этот раз без массажа.

— Побереги ноги. Лучше надень тапочки, чтобы пятка свободная была. Должны быть где-то в коробках.

— Хорошо.

— Вот и замечательно. Я пойду, запущу генератор и затоплю баню.

* * *Боже, это невероятное удовольствие.

После русской бани чувствую себя заново рождённой.

Тело горит, но это так приятно. Мышцы расслабленны.