Да и вся школа-интернат «Масару-Мидзухара» тоже выглядела запущенной и брошенной – облицовка зданий растрескалась - местами обвалившись, обнажив кирпичную кладку, часть окон были грубо заколочены досками, чтобы скрыть выбитые стекла, всюду царило запустение. С тех пор, как почти восемь летназад на школу напали вооруженные якудза и устроили здесь перестрелку с полицией – школа стояла закрытой. Скандал, разгоревшийся после атаки преступников, разорил дирекцию школы и создал такую репутацию, что ни одна приличная семья в Японии не решилась бы отдать сюда на обучение своих отпрысков. Здания и парки опустели, на воротах и дверях висели замки, и только сторожа несколько раз в сутки обходили территорию, немного оживляя её своим присутствием…"

"Мужчины поднялись по ступенькам и оказались перед запертыми дверями общежития, чьи ручки были обмотаны ржавыми цепями. Акутагава вытащил из джинсов ключ, отпер замок и размотал цепь, дверь со скрипом отворилась – открывая вход в сумрачные недра здания. Они вошли, вдыхая затхлый запах отсыревших стен и многолетней пыли, что копилась за запертыми дверями. Юки включил фонарик, осветив холл – луч света скользнул по грязному полу, тонущим в темноте аркам, за которыми начинались коридоры, и стойке администратора, лакированная поверхность которой стала серой от слоя пыли. Когда-то там сидела бабушка Ло…

Светя на ступеньки фонариком, Юки и Акутагава поднялись по лестнице наверх. Там было светлее – на первом этаже окна были заколочены, а здесь стекла уцелели и пропускали дневной свет. Вот и комната с номерком «120» - та самая… Внутри их ждала печальная картина: кровати были перевернуты, дверцы шкафов отломаны, на полу валялись бумаги, книги, какие-то вещи. В углу лежали осколки разбитого вдребезги аквариума, бамбуковые жалюзи свисали на окнах ломанными прутьями… Акутагава подойдя к окну, отдернул жалюзи в сторону и выглянул наружу – за грязным стеклом тихо покачивались на ветру кроны деревьев и светило солнце. Улыбнувшись, он сел на подоконник и оглянулся на Юки:

- Здесь всё начиналось, не так ли, Юки?

Тот согласно кивнул головой, медленно приближаясь к нему. Да, в этой комнате начинались их отношения, здесь зародилась их любовь… Сейчас Акутагава сидел на подоконнике так, как он имел привычку сидеть тогда, много лет назад – когда они ее были школьниками. Сердце Юки защемило от воспоминаний. Просто не верится, что прошло столько времени!… Он сел на подоконник напротив Акутагавы, вглядываясь в его задумчивое лицо:

- Помню, ты с самого начала показался мне наглецом, - прошептал он. – Я был уставшим и подавленным, и больше всего на свете хотел побыть в одиночестве, а ты притащил меня сюда и заявил, что мы будем соседями.