И при нем привлечение правоохранительных структур ограничено, – лихо врал я, придумывая положения о розыске. – Следственный комитет при этом никогда не привлекается.

– Ну, ты просто по-дружески Лихарева попроси. Он к тебе, мне показалось, с симпатией относится. Не откажет…

– Хорошо, Вячеслав Петрович, я подумаю… Я сейчас выхожу. Жди меня у машины…

В реальности звонить Лихареву я не стал. Но полковник Альтшулер так внимательно прислушивался к нашему разговору, что даже я заметил это.

– Просил Лихарева привлечь к поискам?

– Так точно. Хотел, чтобы он ко мне домой съездил, проверил, там ли Тамара.

– Ладно, иди, раз тебя ждут. Лихареву я сам позвоню, договорюсь с ним. Ты не удивляйся, пожалуйста, его звонку, если он тебе позвонит по дороге домой. Подыграй в разговоре. Поехать он, конечно, не поедет, тем не менее… Подыграй…

– Я постараюсь, товарищ полковник, хотя заканчивал не театральное, а военное училище и в художественной самодеятельности никогда не участвовал. И вообще я по натуре человек прямой, как телеграфный столб. – Я упорно разыгрывал перед полковником ФСБ туповатого вояку, который только и умеет, что выполнять приказы.

Но привык выполнять их на совесть, самоотверженно.

Я встал, убрал трубку в карман и направился к двери…

Глава тринадцатая

Никифоров ждал меня, сидя в своем «уазике». Я устало плюхнулся на переднее пассажирское сиденье.

– Ну что, позвонил Лихареву? – спросил он.

– Позвонил. Он сказал, если время найдет, обязательно съездит. Послать кого-то не может, это вопрос не его компетенции, к тому же Тамара его лично знает, а других может выстрелами встретить, тоже осложнение… А у него сейчас допросы подозреваемых идут… И областное начальство требует восстановления документов, утерянных при пожаре.

Это тоже много времени занимает. У каждого, Вячеслав Петрович, свое горе, а горе чужого человека не всех касается. Не все, как ты, могут чужие беды воспринимать настолько остро. Ладно, поехали, что ли…

Я пересел за руль «Камаро» и только успел заехать во двор ФСБ, где мне в багажник снова загрузили мешки с мелом, потом выехать и добраться до первого поворота, видя в зеркало заднего вида за спиной «уазик» Никифорова, как мне позвонил Альтшулер:

– Виктор Вячеславович, извини, конечно, но ты с Никифоровым всеми новостями не делился?

– Нет, товарищ полковник.

– Хорошо. Будь так же осторожен.

– А что Никифоров? Он вам чем-то подозрителен?

– Мне сейчас доложили… Наши хакеры смотрели в армейских архивах биографии. У Никифорова и Николаева матери, предположительно, двоюродные сестры. По крайней мере, есть на это намеки, хотя данные требуют дополнительной проверки. Сейчас подтверждение ищут… Но девичьи фамилии у них точно одинаковые.