Летит с обрыва и резко возвращается.

У меня, безусловно, есть масса вопросов к Киру… Но я ведь не знаю, о чем он сам собирается меня расспрашивать. А вдруг я не смогу честно ответить?

– Минуту… – выпаливаю, встрепенувшись. – У меня внеплановый вопрос. Не в тему нас, то есть. Но мне нужна помощь, ты же крутишься в «этих» кругах.

Сама не знаю, каких таких «этих». И что я вообще пытаюсь сделать? Остановить часовой механизм на бомбе, которая в любом случае взорвется?

– С чем помощь?

Бойко сосредотачивает взгляд на моем лице. И мне еще больше не по себе становится. Кожу мурашит и охватывает жаром.

– Ты случайно не знаешь, кому можно продать девственность?

Глава 9

Если бы мне было пофиг, сейчас бы тебе не нашлось, что продавать.

© Кирилл Бойко

– Ты случайно не знаешь, кому можно продать девственность?

Несколько секунд тупо пялюсь на нее. Моргаю и все громче таскаю кислород. Грудачину на каждом новом вдохе едва ли не с треском распирает."

"– Это ты, блядь, для какого-то гребаного проекта опрос делаешь? – хрипло выдыхаю после затяжной паузы.

– Ну, нет… – отводит взгляд. А потом, будто переломив себя, снова на меня смотрит.

Упрямо и с вызовом. Последнее мне охренеть как не нравится. – По-твоему, у меня кроме учебы других забот нет? Я не зубрилка, как ты любил обзываться!

Я любил…

– Нет? То есть… Я, блядь, спрашиваю, для чего?

Краснеет, но демонстративно задирает нос.

– Ну, допустим, мне лично надо!

– Допустим? – сипло рявкаю, неосознанно надвигаясь. – Продать, мать твою, девственность?!

– Угу. Дорого!

Выставляет ладони, чтобы не позволить мне подойти вплотную. Я замираю, шумно втягивая воздух. Давлю порыв дернуть эти руки в стороны и впечататься со всей дури в ее тело.

Помнится, Любомирову подобное бесит. Не хочу, чтобы она психовала. Но, мать вашу, как я должен переварить то, что она говорит?

Перед тем как забрать Варю, все, что надо, подлатал и зашил. Все чувства в одну точку стянул и адекватом стоял, пока там билось и безумно стенало, не находя выхода. Зная себя, понимал, что если ослаблю контроль, могу незаметно капитально превысить допустимые дозы давления. А я ведь с Варей стараюсь. Я, блядь, реально стараюсь! Хоть она этого и не понимает. Все равно вечно недовольна.

И вот я держался изо всех сил, почти гордился собой.

А она взяла и выдала эту хрень! Как я должен оставаться нормальным, если, едва слышу этот вопрос, меня на куски рвет?!

– И зачем тебе деньги? – голос совсем садится.

Спрашиваю то, что не должен. Какая, блядь, разница, зачем, если сам факт… Убить ее охота! А она, мать вашу, поднимает на меня взгляд и строит невозмутимость.

– Чтобы мама вернула долг твоему отцу.

– Какой долг?

– Деньги, которые он потратил на мою операцию и последующую реабилитацию.

– Ты в своем уме? – выдыхаю резче, чем следует.