– Студентка Дорге, я понимаю, что в силу обстоятельств вы не можете распознать некоторые зелья, но, может, хотя бы попытаетесь? – улыбнулась женщина.

Сокурсницы зафыркали."

"– Здесь яд, я совершенно точно знаю. Насколько помню, аромат розы с легкой нотой горечи обычно присутствует в зельях подавления воли, а запах миндаля – в ядах.

После моих слов повисла тяжелая тишина, ножом можно было резать. В мгновение ока Доуза подскочила ко мне и выхватила из рук стакан. Ее глаза излучали бешенство пополам со страхом. Ага, значит, магистр не в курсе, что меня собирались отравить?

Ведьма принюхалась, провела над жидкостью рукой, вызвав испарения, заключенные в кокон. В глазах Ларьеры появился самый настоящий ужас. Секунда, и она испарилась, на месте преподавателя остался только легкий дымок.

Народ загалдел, на меня смотрели кто с недоумением, кто с жалостью, а некоторые и с долей пренебрежения.

– Наша герцогиня снова отличилась? Ты и здесь смогла выделиться и обратить на себя внимание, – недовольно зашипела красавица Нардисса.

В этом году она так стремилась стать популярной, что часто встревала и по делу, и без оного, а ее высказывания порой доходили до маразма.

– Диса, ты дура? На Иллианиту кто-то покушался, а тебя волнует только то, что не на тебя обратили внимание, – зло рыкнул Лигаш. Признаться, таким балагура я видела впервые. – Чего ж ты прошляпила и не забрала стакан у герцогини? Тогда на тебя определенно обратили бы внимание… посмертно.

Красавица ответить не успела – на пороге появилась магистр Ларьера вместе с ректором. Демон держал в руках злополучный стакан, от которого шла легкая разноцветная дымка, похожая на нить. До меня вдруг дошло: поисковик. Савразар активировал заклинание распознавания ауры или подменившего зелье, или добавившего в него посторонние ингредиенты. В аудитории дымка разделилась на две струйки, одна устремилась к нашей красавице, а вторая заметалась и вдруг будто в стену ударилась, не имея возможности двигаться дальше.

– Очень интересно… – протянул демон, осматривая студентов красными глазами.

Нардисса вдруг съежилась, стараясь стать незаметной, слиться с мебелью, когда одна из нитей обвилась вокруг нее.

– Что это? Почему она ко мне прилипла? Я ничего не делала! – закричала девушка, ее обуял такой страх, что даже я его ощутила.

Ректор досадливо скривился.

– Ко мне в кабинет! – скомандовал он красавице. – Будем разбираться, кто на вас воздействовал и что именно вы подмешали в стакан. Кстати, студент Дарьеш тоже отправляется со мной.

Неприметный тихоня, обычно державшийся особняком, вздрогнул. Все полтора года он оставался незаметным одиночкой. У него не было друзей, да он и не стремился их завести.