— Это похоже на правду. Манучар, здесь сверни направо. Мы едем в Орехово-Зуево. Там мы снимем номер в гостинице, и вы останетесь в нем вместе с Манучаром. Одно неверное движение, и он убьет вас. Чтобы вы чувствовали себя более комфортно, мы захватили наручники. А завтра утром мы вас отпустим. Договорились?

Русаков часто закивал, на глазах у него снова появились слезы.

— А что будет со мной? — спросила женщина, повернувшись к Дронго. — Я не могу оставаться до утра в такой компании. У меня дома сын один, он будет волноваться.

— Сколько ему лет?

— Двенадцать. Если вы разрешите, я хотя бы предупрежу дочь, чтобы она его забрала.

— А дочери сколько лет?

— Восемнадцать. Она уже замужем.

«Сколько же лет моей собеседнице?» — изумился Дронго. И, словно услышав его вопрос, женщина сказала:

— Мне тридцать девять лет, я очень рано вышла замуж. — Она даже улыбнулась.

— Мы вернемся в город вместе, — согласился Дронго. — А там на месте решим."

"Все произошло так, как он планировал. В небольшой гостинице у них взяли паспорта и сразу выдали довольно просторный номер на двоих. Затем в номер прошли Русаков и Манучар. Дронго остался сидеть в автомобиле, пересев за руль. Он привык не доверять никому, не доверял и этой красивой немолодой женщине с такими голубыми глазами.

Через минуту Манучар вернулся, протягивая оружие Дронго.

— Я его приковал к батарее. Теперь не убежит.

— Все равно смотри в оба. Там напротив магазин. Зайди купи ведро, чтобы не водить его в туалет.

— Я еще должен убирать за ним его дерьмо! — обиделся Манучар. — Пусть делает под себя.

— Тогда ты не сможешь сидеть с ним рядом. И постарайся его не трогать. Очень тебя прошу. Будь внимателен: тебе кажется, что ты спортсмен и он у тебя в руках, а он может оказаться, как тот парень, чемпионом по карате. Не снимай с него наручников ни в коем случае, — сказал напоследок Дронго.

Манучар, ничего не ответив, пошел к магазину. Дронго переложил оружие в карман и завел мотор.

В город они возвращались молча. Уже темнело. Наконец женщина не выдержала.

— Мы возвращаемся в Москву?

— Едем к вам домой, — мрачно сообщил Дронго.

— Почему ко мне? — Впервые она немного встревожилась. — Что я скажу сыну?

— Придумайте что-нибудь, — немного резко ответил Дронго. — У нас просто нет другого выхода. Я понял, что вы не замужем.

— Мой муж погиб десять лет назад. Он был летчиком.

— Простите. И с тех пор вы одна?

— Одна. Чтобы удержаться на своем месте в нашем банке, где довольно хорошо платят, нужно принимать приглашение на обед этого кретина Русакова.

Она произнесла это с неожиданной злостью, но Дронго сделал вид, что ничего не заметил.

— Вы действительно ничего не можете придумать? — спустя несколько минут спросил Дронго.

— Придумаю что-нибудь.