По пути Иоган всё-таки сказал, что это замечательно просто, что проектов много, пусть Ирэн Леонидовна не волнуется, он со всем справится, потому как, скоро он будет человеком семейным и средства ему понадобятся.

В особняке наместника Ирэн встретили с радостными возгласами. Прасковья Валуевна сразу утащила её для секретного разговора.

Тоже, как и Обухов, рассказала ей про столичные сплетни о графе Забела и о…ней, Ирэн.

— Ты не думай, Ирэн, из тех, кто знает тебя, никто не поверил, это всё сплетницы злые. Но даже императрица на твоей стороне, — рассказала Ирэн Прасковья Валуевна.

Потом посмотрела внимательно и вздохнула:

— Не хотела я тебе говорить, но лучше я расскажу, чем кто-то другой всё переврёт. Графиня Балашова Елизавета Петровна совсем из ума выжила, подала в суд, что у неё наследников крови не осталось, хочет ребёнка отсудить. Суд передал дело в государственный совет, новый глава совета барон Виленский затормозил дело, но не закрыл его, потому что Балашова теперь не просто графиня, а мать героя, жизнь за Отечество отдавшего."

"Ирэн подумала, что ей Виленский об этом не написал. И как ей теперь к этому относиться. Она уезжает, дочка остаётся с отцом. Вдруг приедут снова, бедный Леонид Александрович, бедная Танюша. Надо бы охрану поместья усилить. Как ехать-то с такими мыслями?

Вслух же спросила:

— Прасковья Валуевна, а нельзя ли ту Балашову как-то усмирить, ведь моя же это дочка, отказались же они и документы на это имеются. Я Танюшу не отдам.

Прасковья Валуевна посоветовала написать об этом Виленскому и законника своего привлечь, чтобы встречный иск подал.

— А на что иск? — удивилась Ирэн

— А на всё, — хитро улыбнувшись сказала Прасковья Валуевна, и добавила, — пока разбираться будут, ты уже и вернёшься.

Госпожа Гайко выделила Ирэн кабинет для встречи с управляющим и Ирэн ещё час потратила на разговор с Иоганом и согласование плана. К концу разговора пришёл Мирослав Мирославович.

— Как же так, Ирэн Леонидовна, у вас новые проекты, а вы их мимо города делаете? — шутливо спросил наместник

— Мирослав Мирославович, так ведь в уезде всё равно, а в городе без вас было сложно здание получить, подъезд неудобный, сырьё далеко, да и здания все старые. А я хочу новую фабрику построить, чтобы внутри всё было по уму сделано.

— Смешная вы, всё-таки, — по-отечески усмехнулся Гайко, — чтобы было по уму. Это как же так?

— А это Мирослав Мирославович, чтобы сырьё входило на фабрику с одной стороны, а готовое мыло выезжало с другой, чтобы чаны удобные, с механическим держателем, а не ручные. Тогда и производить будем больше.

Гайко только головой покачал. Конечно, он поможет, его уезд первый стал, кого император отметил. Вслух так и сказал:

—Ирэн Леонидовна, знаю-знаю, что ехать вам скоро.