Таким образом на витражах рисовали целые жизнеописания святых.

Но в этом мире таких подробных и бесконечных жизнеописаний не было. Всё было очень просто и близко к язычеству. Поэтому всё, что могло потребоваться, это изображения солнца, луны, звёзд, сына божьего, матери его и пятерых святых.

Василий, заметив, что барыня задумалась, спросил:

— Придумали что, барыня, ежели что, то могём и обсудить

Знал, знал Василий, что за заказчика ему и его ребятам бог послал. Не мог нарадоваться. И так уже был он среди первых церковных строителей, а стал первым среди первых.

Морозов тоже подошёл поближе. Княжна под ручку с Дадиани о чём-то говорили или молчали в сторонке, а князь Обухов ходил и всё выспрашивал, что это за чудо, и как они могли так камень стесать

Ирэн, заметив, что Якоб подошёл, сказала:

— Якоб, мне нужно будет ещё несколько дней. Есть у нас ещё время до отъезда?

Если бы Якоб мог отказать Ирэн, то он бы сказал, что время вышло тогда, когда он узнал, что Забела уехал в направлении Горного княжества, что в письме от Шувалова было написано, что чем раньше начнутся поиски, тем меньше риска, что информация об этом выйдет распространится достаточно широко, и тем под меньшим риском будет «достояние империи». Морозов читал между строк, что иностранные разведки продолжают следить за необыкновенной женщиной. Непонятна и роль Забела. Почему он так скоропалительно уехал и тоже туда, куда они собираются.

Морозов вопросительно посмотрел на бригадира строителей:

— Барин, а я что, я ничего, мы токмо витражи обсудили. Оченно дорого везти из Кравеца, а барыня говорит, что есть идея

Морозов понимающе улыбнулся и ответил:

— Конечно, Ирэн, несколько дней ничего не решат

Ирэн улыбнулась, ответ был верный.

— Василий, — снова обратилась Ирэн к бригадиру, а кого-то из художников можно сейчас позвать?

— Кого? — удивился Василий

— Рисовальщика позови, — поправил Ирэн Морозов

Вскоре перед Ирэн стоял небольшого роста, худой и огненно-рыжий парень

— Ты иконы пишешь? — спросила Ирэн

Он кивнул

— А скажи, на стекле рисовать сможешь? — Ирэн спрашивала с надеждой в голосе, потому как, если нет такой краски, то быстро они это не сделают

— Я не пробовал, — пробасил рыжий иконописец, но краска ложится на стекло, это известно.

Ирэн ещё раз посмотрела на Морозова, к ним уже подошёл и Обухов.

Ирэн обратилась к Василию и иконописцу:"

"— Василий, мне надо, чтобы ты его отпустил, и это может быть, что на целый день, — показала она пальцем на рисовальщика, — приедешь с утра ко мне в поместье и поедем в Никольский, там у меня ребята стекло варят, попробуем сделать небольшой витраж, так что краску возьми.