Свои три года он уже выслужил, даже грамоту на гражданство успел получить, но началась война и ему дембель замылили до ее окончания. Дома его ждала кузня, жена и сын, который родился еще до призыва. Еще одного ребенка он сделал, когда приезжал домой в отпуск. Дочку, которую еще в глаза не видел.

– Из запаса меня, когда бы еще призвали… – сокрушался он, – Мог бы дома хоть полгода да отгулеванить. А тут сам под рукой у полковника оказался – рессору ему на шарабане чинил. Меня он цап – царап, ступай Гоц в другой батальон, родина в опасности. Кстати, Савва, поможешь, узкий галун мне на обшлага пришить, а то у меня сам видишь руки – крюки. Самый тонкий инструмент – большой напильник, – засмеялся он в конце длинной речи.

Узкий витой галун на обшлаг был положен для всех сверхсрочникам из нижних чинов.

– Нет вопросов, – отозвался я на первый встреченный мною в империи элемент армейской дедовщины. – Но с условием, что возьмешь меня к себе помощником.

Гоц посмотрел на меня с прищуром, ритуально отмахнул от лица рукой злых духов и заключил.

– Далеко пойдешь, паря, – и засмеялся.

Отсмеявшись, он согласился на такой обмен. Возможно, свою роль сыграла репутация – дядю Оле и его хитрые замки знала вся Реция.

Как по заказу появилась возможность отличиться. У второй фуры лопнула железная шина на колесе. Капитан собирался уже вставать на дневку и слать юнкеров к ближайшему кузнецу за новым железным ободом.

Но тут вылез я.

– Господин инженер – капитан, осмелюсь доложить, что тут работы всего на полчаса. И сделать ее можно здесь, а не возить колесо в деревню и обратно, теряя время."

"Капитан посмотрел поверх меня на Гоца.

Тот только махнул рукой, типа… а пусть его делает.

– Делай, – разрешил мне капитан.

Но гонцов в деревню он все же отправил, подстраховался. Вслух решил, что запасная шина нам в дороге не повредит.

В полчаса я конечно не уложился. Запас древесного угля в фуре был маленький, и пришлось на угли пережигать не самые сухие дрова. Сама сварка обода – тьфу, десять взмахов кувалдой, но чтобы снова натянуть слегка усохшую в диаметре шину на колесо требовалось ее нагреть на костре докрасна и ждать пока металл расширится. Дождавшись нужного цвета металла, мы вдвоем с Гоцем длинными клещами раскидали кольцевой костер, уместили шину на колесо по месту, подбили кувалдой и полили водой. Все. Шина села намертво. Дело мастера боится, особенно его ноу – хау.

Самое интересное, что закончил я работу одновременно с прибытием юнкеров, которые купили в деревне не шину, а целое колесо в сборе. Тут надо отметить, не знаю как по всей империи, а вот в наших горах и предгорьях издревле всего два типоразмера тележных колес и один диаметр осей в ступицах, так, что они взаимозаменяемы.