Может даже немного лучше.

Первое что бы от него услышали, была фраза.

– Расправить головной уборы. А то на голове не кепка, а женский половой член.

В общем, Зверь нам сразу понравился. Особенно тем, что он никогда никуда не торопился и что удивительно везде успевал. И никогда никого не грузил сверх необходимого.

Время собраться он нам дал до обеда и куда-то ушел.

Снова мы Зверя мы увидели уже в столовой, где он с удовольствием уплетал супчик от нашего повара и просил добавки. Повар на сборном пункте всегда готовил вкусно, но после того как в расположении повесили интенданта еда на нашем столе еще и обильней.

Довольный сытый унтер повел нас куда-то на задворки железнодорожных пакгаузов, где нас дожидались два ефрейтора, которые сразу же доложились, что все заказанное для батальона уже подобрано. Осталось только расписаться и погрузить.

Подогнали десяток фур с ездовыми. Каждая запряженная парой стерхов. И следующие три часа мы провели в увлекательном армейском занятии: круглое таскать, квадратное катать. Получали кирки, лопаты, черенки для них, треноги, какие-то приборы в деревянных коробках с лямками для ношения на спине, длинные складные линейки шириной в шесть сантиметров. Напоследок жвачное довольствие на себя и стерхов, посуду и котел.

Прокрутились меж шести пакгаузов почти до вечера, и я уже грешным делом подумал, что сейчас вернемся обратно в город на ужин, но обломился. Зверь выстроил обоз и покатил сам на первой повозке из города на запад. Туда где не было железной дороги.

Кстати заметить, что ни у кого из нас оружия не было. Ни у новичков, ни у старичков.

Уже в сумерках, отъехав от города километров шесть, наткнулись на костер в лесопосадке. У костра на седле сидел целый инженер – капитан и что-то кашеварил на огне. Его верховая лошадь (настоящая соловая лошадь, не стерх) стреноженная паслась неподалеку.

Встретил нас с претензией, высказанной на рецком.

– Зрвезз, что так долго? Кулеш вот – вот перестоит."

"– Осмелюсь заметить, господин инженер – капитан, – ответил ему унтер на том же языке, – горячий сырой не бывает.

Кулешик на вкус был так себе, но мы их подхалимажа его похвалили.

– А теперь по очереди рассказывайте о себе, – приказал капитан, когда мы облизали ложки. – А Зрвезз пока нам чай поставит по – рыбачьему. Надеюсь, сахар получили?

– Так точно, – хором гаркнули ефрейтора.

И началась моя служба с того что меня поставили часовым в первую смену. Наверное, чтобы лопаты у нас не сперли, пока мы тут в лесопосадке дрыхнем.

Я грешным делом думал, что это и есть весь наш отряд: один офицер, один унтер, два ефрейтора, девять ездовых и пять новобранцев, но обломался в своих предположениях.