Я улыбнулся и попросил.

– А теперь, милые мои, дайте нам нормально занять свое место на запасных путях и отдохнуть после дальней дороги.

Чую, они что-то еще от меня ждут. Откровения, не иначе… И я выдал.

– Наше дело правое! Враг будет разбит! Победа будет за нами! Там где рецы – там победа!

Охудеть. Сам становлюсь политиком.

И кто мне доктор?

Толпа повела себя как на рок – концерте подростки, выбивающие из себя эмоции на всю стоимость билета.

Я огляделся. Солдаты повылазили головами со всех окон. Часть переместилась на платформы и во все глаза ошарашено смотрели на сдержанных обычно соотечественников.

– Не мне! Не мне! – закричал я, стараясь всех переорать. – Это все им!

Показал я рукой на штурмовиков.

«Ну, все…»– подумал я – «Неделю, не меньше будут мои хлопчики хлебать халявное пиво от пуза».

– Люди добрые… – пустил я в ход последний козырь. – Позади нас по рельсам идет санитарный поезд. Если мы не освободим ему главный путь, то многие ваши сыновья, братья и мужья не получат вовремя медицинскую помощь. Поэтому предлагаю торжественную встречу считать закрытой. Дежурный по станции командуй механикам, куда уводить наши эшелоны.

На это раз меня послушали и стали расходиться.

А я соврал. Ну не совсем соврал. Какой-то санитарный поезд за нами точно идет… Наверное. Где-нибудь. Может даже и не во Втуц. Но на магистрали он есть и явно даже не один. В Виндабоне, когда по железнодорожному мосту пересекали широкий Данубий такой санитарный поезд стоял на первом пути. Так что и не соврал по большому счету.

Санитарный поезд все же пришел через пять часов. И всем сразу стало не до нас.

А на запасных путях я сразу выставил у поездов вооруженный караул.

* * *Только над котлами полевых кухонь стал раздаваться ароматный запах обеда, как на запасных путях меня отыскал адъютант Ремидия, знакомый – незнакомый мне майор. В смысле, что я его фамилию не знаю, в лицо уже видел.

– Вас можно поздравить, барон, – улыбнулся он по – доброму, без подколок, едва войдя в мой захламленный салон. – С трофеями вернулись.

– Разве это трофеи, – прибеднился я. – Видели бы вы, сколько всего мы захватили в наступлении. Так что здесь жалкие крохи.

И мы оба засмеялись немудреной шутке.

– Но вас я без подарка не оставлю. Держите, – я передал майору трофейный царский револьвер новой конструкции, поменьше прежнего, поухватистей. И эстетически более красивый.

На стол положил кобуру от него и коробку патронов, пока адъютант увлеченно вертел в руках стреляющую игрушку. Мужчины, особенно военные, они как дети просто их игрушки с каждым годом становятся все дороже.

– А я к вам с приглашением от маркграфа.