Уже достаточно рассвело, и я могу видеть, что не только у меня горят щеки и глаза. В темно-янтарных глазах Палмера тоже горит огонь, и я с удовольствием смотрю на парня.

— О нет, Мэтью! — восклицаю со смехом, догадавшись, что он собирается сделать, когда его куртка летит на песок, а во взгляде появляется решимость.

— Да. Мне это нужно, Эшли, иначе я потеряю голову и наделаю глупостей! Но не вздумай никуда исчезнуть!

— Сумасшедший! Вода ведь холодная!

Он с улыбкой раздевается, не стесняясь меня, снимает футболку, ботинки и джинсы, оставшись в одних боксерах. Отступая спиной к океану, делает несколько шагов, затем поворачивается и бежит — стройный и сильный парень, с загорелой кожей и темными волосами. Подняв ногами облако брызг, с разбега ныряет в воду, и я засматриваюсь на него, прижав руки к щекам.

Сейчас начало ноября и океан холодный. Это ощущается в его дыхании и пенном прибое, слизавшем водоросли. Но, видимо, недостаточно, чтобы остановить Мэтью. И он еще какое-то время пропадает в волнах, пока не возвращается назад.

Выходит на берег, разрезая волны сильными ногами, отбрасывает рукой волосы назад и направляется ко мне с голодной улыбкой на губах.

— Замерз?

— Скорее остыл. Но не надейся, что это надолго!

— Тогда, думаю, тебе будет полезно согреться, мистер Совершенство. Догоняй!

Я пускаюсь с места в бег и несусь вдоль берега, что есть сил, распугивая чаек и заставляя их стайками с криком взмывать вверх. Хохочу, волосы разлетаются за спиной, но, конечно же, соревноваться в скорости с Палмером глупо, и он вскоре догоняет меня. Легко поймав за талию, вскидывает на руки и кружит, пока мы, смеясь, не валимся на песок. Я падаю на спину, а он сверху, обхватив мои бедра руками, и уткнувшись лицом в грудь. Так и лежим, отсмеиваясь и затихая.

От бега моя кофта вздернулась, и живот высоко оголился. Мэтью поднимает голову и переводит взгляд на мою кожу — от его прохлады она покрылась мурашками и сейчас в мелких каплях воды. Но мне не холодно, мне по-прежнему жарко и когда губы парня касаются моего живота, я делаю порывистый вдох и замираю под этим прикосновением — настолько оно меня обездвиживает. Одновременно смущает и волнует.

Но я не чувствую стыд. Это совершенно другое чувство. Это встреча с откровением другого порядка, и поцелуи Мэтью заставляют мое женское начало остро отозваться на мужскую ласку, а сердце забиться чаще.

Прохладные губы и горячее дыхание. Мы молчим, и я позволяю Мэтью изучать меня. Собирать языком брызги, закручивая узел желания в моем животе. Он поднимает руку с моего бедра на талию и несильно сжимает пальцы на голой коже, как будто боится, что я могу убежать. Проводит раскрытыми губами по животу, опуская голову ниже, осторожно поднимая пальцы под грудь, но не касаясь ее.