Лично я, будь на месте японцев, видел только один выход остановить подобного врага. Уничтожать не сам бронепоезд, а пути перед ним, но, к счастью, Куроки пока до этого не додумался. И сегодня мы прижали к Тайцзыхэ где-то треть его армии и до темноты вырезали японцев без всякой жалости. Впрочем, они и сами не просили пощады, а как солнце скрылось за горизонтом, и вовсе пошли на прорыв. У них на пути оказалась одна из совсем свежих частей, и они не выдержали. Разбежались, и японцы, не став преследовать беглецов, почти спокойно переправились на левый берег Тайцзыхэ.

При общем успехе операции и всего сражения целиком эта мелочь казалась такой незначительной, но в самом конце дня все равно портила настроение.

Словно знак, что удача собралась отвернуться от нас… Казалось, не только у меня появились неприятные предчувствия, и все мои офицеры пахали за двоих и гоняли солдат, пытаясь понять, не задумали ли что-то японцы… А потом пришло сообщение от связистов, прикрепленных к позициям 17-го корпуса. Как оказалось, Куропаткин тоже заметил смещение интереса японцев на наш левый фланг и отправил свежий, лишь недавно сформированный 5-й Сибирский корпус на стык между нами и Бильдерлингом.

Вчера подобный же маневр сработал без проблем, сегодня же… Подкрепление, которое должно было усилить наши позиции, старалось держаться чуть в отдалении. Генерал Орлов справедливо оценивал умения лишь недавно призванных солдат и не лез на рожон, вот только новый удар Куроки пришелся прямо по нему. К дивизии Хасэгавы присоединились те роты и батальоны, что успели отступить от нас. С левого фланга Оку отсыпали артиллерии. И вся эта мощь врезала по недавним новичкам, после чего те вполне ожидаемо не выдержали…"

"— Они побежали! 12 батальонов и 16 орудий — это немного, но как они могли побежать, не выдержав и часа боя⁈ — Лосьев, выстраивающий схему движения на завтрашний день, схватился за голову.

Глава 8

Стою, скриплю зубами, думаю, что же делать с этим чертовым прорывом на месте 5-го корпуса.

— Говорят, это генерал Орлов решил, будто у них слишком большие потери, и сразу бросился отступить! — где-то рядом ругался Шереметев, заглянувший в штаб с личным докладом. — А о том, как он подставил всех остальных, запустив японцев ровно в стык между двумя корпусами, Орлов не подумал?

— Это еще ничего… — я на мгновение отвлекся от попыток найти выход из ситуации.

— А представьте, что мы бы об этом прорыве узнали не сейчас, а только утром? Или вообще к обеду!

Все наши разом переглянулись, и я почувствовал всю ту бездну отчаяния, которую испытал каждый из них, мысленно оказавшись в такой ситуации. А ведь в сражении при Ляояне в нашей истории, когда вся связь была повешена на обычных вестовых, именно так все и случилось.