— Это что же получается, мы глупость какую-то придумали? — на капитане Лишине лица не было.

— Может, если больше тренироваться… — Шереметев не сдавался. — Стрелять все тоже не сразу научились. Или, может, Мелехову для его окопных бойцов эти гранаты сгодятся? Там-то все стоять могут, бросать будет сподручнее.

— Вот! — остановил я Степана Сергеевича. — Вы наконец-то начали думать не над оружием просто чтобы оно было, а для конкретных солдат. Давайте отсюда и начнем.

— То есть вы считаете, что гранаты все-таки могут принести пользу? — выдохнул Лишин.

— Я считаю, что они нам очень пригодятся, но их, ясное дело, нужно будет довести до ума, и мы с вами сейчас этим займемся, — я попросил Шереметева отпустить солдат, и дальше мы продолжили обсуждение уже снова втроем.

— Итак, как вы правильно заметили, граната может пригодиться как в нападении, так и в обороне. В чем будет разница?

— В том, что, идя в атаку, мы ползем — бросать неудобно, — ответил Лишин. — А в обороне можно стоять и лучше целиться.

— Еще.

— А еще само укрытие! — осенило Шереметева. — Когда мы внутри, то окоп защитит нас от взрыва гранаты на поверхности.

То есть можно делать их мощнее! А в атаке, конечно, хотелось бы кидать их только в ямы с врагами, но по всякому ведь бывает. Так что лучше, если взрыв будет не таким сильным, и через те же двадцать-тридцать шагов осколки уже не могли бы поранить солдата, что эту гранату бросил.

— Прекрасно, — я искренне улыбнулся Шереметеву. — Очень правильно сказано! Значит, дальше мы начинаем думать над двумя видами гранат, оборонительной и наступательной. Также нужно будет доработать форму. Я, конечно, оценил отсылку к временам Наполеоновских войн, но мы способны на большее.

— Тогда… — Шереметев переглянулся с Лишиным. — Мы соберем солдат, подумаем над разными формами, чтобы именно им было удобно их бросать. И сразу станем проверять на практике.

После такого я был уверен, что до классической формы ручной гранаты времен Первой Мировой эти двое точно дойдут, а вот вариант в виде яйца для наступательной предложил уже сам. Не уверен, что сейчас получится в такой размер уместить все, что нужно, но пусть покрутят в голове саму мысль.

Заодно отойдут от того, что граната — это только снаряд на палке, а не что-то большее.

После обсуждения формы мы еще потратили около часа, перебирая возможные виды взрывателей, а то бить по капсюлю штырем можно ведь по-разному. К счастью, с учетом развития минного дела в России эти вопросы изучались на очень хорошем уровне. Начиная с дистанционных трубок, которые можно было бы подпалить терочным запалом, и заканчивая перемычкой на пружине, которую мы бы просто выдергивали перед броском.