— Даже если ты не фантазируешь, — тоже повысила голос Юля, и в нём зазвенели железные нотки, — ты сама своим поведением провоцируешь таких, как он.

— Как⁈

— Да ты посмотри на себя, как ты ходишь, в каком виде! Будто сама приглашаешь! А в «Инстаграме» твои фотографии! Это же просто ужас какой-то! Я вот сейчас зайду и покажу твоим родителям!

— Я их удалила давно! Да в них нет ничего такого! Обычные фотки!

— Нет, Настя, не обычные! Ты должна прекратить свою сексуальную революцию, если не хочешь, чтобы к тебе приставали все эти Назаровы и Шалаевы! Ты поняла меня?

Глотова что-то ответила, но тихо, и мы с мамой не услышали.

— Пойдём лучше на кухню… — смутившись, что невольно подслушала чужой разговор, предложила мама.

Но дверь гостиной открылась и из неё выскочила красная Настя. Она впрыгнула в свои кроссовки, бросила «до свидания» и вылетела из квартиры. А Юля, покачав головой, двинулась к нам.

— Тома, напоишь чайком? — спросила она.

Вид у неё был озабоченный и невесёлый.

— Да, конечно, проходи, Юль. Я курицу запекала, будешь? Сейчас помидорки со сметанкой сделаем. Серёжка поел уже, так что мы с тобой сами посидим.

— Нет, пусть он тоже. Ты знаешь, что он мне сегодня разнос устроил, что я хреновый педагог?

— Сообщил уже, — расстроенно вздохнула мама. — Ты извини, пожалуйста… Что у вас там с этим лицеем, вообще что ли жесть?

— Не то слово, — махнула Юля рукой, и в этом жесте и в выражении лица я вдруг увидел ту самую Юлю из ларька у старого цирка. — Это ты ему сказала, что я в ларьке торговала в девяностых?

— Ты что! — распахнула глаза мама. — Зачем бы я это делала?

— Как узнал? — хмуро и равнодушно кивнула мне Юля.

— Вы сами как-то обмолвились… — неохотно ответил я и даже не соврал.

— Не помню такого, — прищурилась она и посмотрела на меня долгим взглядом. — Молодец, кстати, что состриг свою гриву. Хоть на человека стал похож. В общем, обстановка у нас аховая…

Мы сели за стол. Мама поставила тарелки с едой, а перед собой и Юлей ещё и бокалы.

— Ну-ка, кавалер, обслужи дам, — кивнула она мне. — В холодильнике возьми.

Я достал из холодильника начатую бутылку белого вина, заткнутую пробкой и налил по бокалам.

— Садись-садись, — бросила мне Юля. — Тебя это в первую очередь касается.

С Назаровым постарайся не цапаться. Его родственница — министр образования области и заместитель губернатора. А сам он, не Прохор, естественно, а его родитель, практически единовластный владелец «РудАгроХим Ресурса». А про «РудАгроХим» можно ничего не говорить, и так всё ясно.

— Ну да, всей областью владеет, — кивнула мама. — А к школе-то какое имеет отношение?

— Прямое. Они фонд организовали, «Открытая перспектива» называется. И всем учителям прямо конкретно по предметам обещают гранты. И суммы приличные фигурируют.