Небольшое озеро (по подсказке пацанёнка, сливавшего помои прямо за угол заведения) нашлось быстро. Там и скоротали день до позднего вечера, подкрепляясь остатками провизии, принесённой Шерлоком с рынка.

Купаться нагишом не рискнули. Забреди сюда кто случайно – нехорошо бы вышло. Просто умылись и провели ряд прочих минимально-необходимых гигиенических процедур. Заняться было нечем, время тянулось медленно, но и возвращаться на постоялый двор до срока не тянуло.

В свою конуру засобирались только когда солнце покатилось за горизонт, и начало стремительно темнеть.

- Так, Лиль, всё, походила красавицей, и будет.

Давай снова в замарашек маскироваться.

- Мари-ин, ну заче-ем? – тут же заканючила сестра, - Уже почти темно, кто нас там разглядывать будет?

- Хорош спорить, делай, что говорю. – я решила твёрдо держаться выбранной стратегии. Мало ли что может произойти. Увидят, не увидят – вопрос, конечно, открытый, однако, если риск и считается делом благородным, то не в этом случае.

Сестра, скуксившись, осторожно помазала себя грязью (примерно таким манером умываются ребятишки, когда им неохота соваться в воду – двумя пальцами).

Пришлось помогать.

В таком вот виде, краше прежнего, заявились в «Большую тарелку». Во-первых, моя настойчивость оказалась полезной и своевременной. К этому часу в обеденной зоне появились посетители. Не знаю, как их не смущали совершенно неаппетитные запахи, но ладно, не моё дело.

Важно, что они были, и на нас могли обратить внимание.

Во-вторых, именно так и произошло, и всё из-за…"

"Ай, в общем, уже на подходе к двери я сообразила, что организм настойчиво требует посещения «удобств». Оные имелись во дворе и представляли из себя покосившийся теремок по типу «клозет деревенский».

Ну… не важно. Важно то, что Лиля не стала меня дожидаться, а первая пошла внутрь.

Первое, что я услышала, вырвавшись из адских миазмов этого, с позволения сказать, санузла и открыв двери харчевни – голос моей сестры.

- А вы мне не хамите. Мне на вас то же, что и вам! – обиженно возмущалась мелкая.

И я с ужасом обратила внимание, как головы посетителей «ресторана» и появившихся в связи с наметившимся оживлением официанток одна за другой поворачиваются в сторону зарождавшегося скандала.

- Простите мою сестру, она, кажется, перегрелась. И вообще немного того, нездорова. – в один миг я долетела до стойки, где пыхтели друг на друга моя…

В общем, мелкая, уперев руки в бока, стояла и бесстрашно дула щёки на тихо зверевшую на такую наглость девицу. «Тихо» - исключительно от изумления. Спорить и возмущаться в заведении с хамоватой и, что немаловажно, весьма габаритной барышней, видимо, было непринято. От того Лилькино выступление оказалось не только возмутительным, но и неожиданным.